Рандеву с водяным

И это тоже заставляет ментов считать, что убийцей была женщина. Кроме того, вроде бы там возле дома видели какую-то бабу в светлом пальто. Появление той тетки по времени совпадает со временем смерти Алены.

— Тетку в светлом пальто? — снова воскликнули мы.

— Да, а что, вы знаете такую? — спросил у нас Делон.

Мы с Маришей переглянулись. Светлана Игоревна ходила в светлом кашемировом пальто, у нее был повод, чтобы ненавидеть и убить Алену, и у нее хватило бы силы, чтобы повесить несчастную на люстру.

При этом ладони и кисти рук у Светланы Игоревны были вполне изящными и женственными.

— Делон, а ты знаешь, где располагалась фирма, которую основала Алена? — спросила вместо ответа Мариша.

— Знаю, — не очень охотно, но все же ответил Делон. — Был там не один раз. Нужно же было проверять, как идут дела у моей бывшей подружки. Девчонки, а вы что, в самом деле хотите выяснить, кто убил Алену? Не стоит вам этого делать. Аленка была дрянной теткой. Деньги любила больше всего на свете.

Бралась за любую грязь, лишь бы это ей принесло еще несколько паршивых тысяч долларов. И я думаю, свою смерть она вполне заслужила. Оставьте вы это дело.

— Дело не только в Алене, — сказала я. — Вместе с ней пропали две девочки, мать которых наша знакомая. И она сейчас в безутешном горе.

— Ну, еще бы! — хмыкнул Делон. — Ее дочек сейчас жарят во все дыры. Передайте вашей знакомой, что насильно девчонок никто туда не заманивал. Они сами едут. А если дуры и не понимают, чем их заставят там заниматься, то так им и надо.

Значит, родители были дураки. Не объяснили дочерям, что к чему.

— Но эти девочки совсем не такие, — сказала Мариша. — Им Алена голову задурила. А Михаил помог.

— Михаил? — удивился Делон. — Этот толстяк в очках, который крутился возле Алены?

— Да, — кивнула Мариша. — И скажу еще больше: пропавшие девушки, которых их мать объявила в розыск, его дочери.

— Так это что, дочки Михаила пропали? — удивился Делон.

— Ну да, — кивнула я.

 — Вот их фотографии.

— Ничего не понимаю, — хмыкнул Делон, вернув фотографии обратно. — Зачем отцу продавать своих дочерей в публичный дом? У него что, совсем крыша от любви к Аленке поехала? Или что?

На мой взгляд, Михаил все это время выглядел вполне спокойным. Никакой съехавшей от безумной любви крыши я на нем не замечала. Во всяком случае, отвечал на вопросы он всегда адекватно. И продажей собственных дочерей в публичный дом хвастаться не спешил.