Рапсодия минувших дней

А она прикидывалась добренькой. «Ах, Гаспарчик, сынок»… — писклявым голосом процитировал он. — Надо было сжечь ее! Сжечь! И тебя, сестренка!

Тут он внезапно подобрался, словно хищное животное, зарычал, оскалившись, и скаканул ко мне.

Разумеется, никто не позволил ему дотянуться до сестры, которую он так жаждал убить. Меня мгновенно отодвинула в сторону Ирма и очутилась там, где только что стояла я. А самого Гаспара еще в прыжке перехватил Дарио.

Дракон держал его на вытянутой руке, как котенка, и даже не особо напрягался.

А Калахан, присев на край стола, бесстрастно наблюдал.

— Так значит, ты убил Альенду? — спросил он, когда безумец, устав трепыхаться и рычать, обвис.

— Она была проклятой колдуньей, — снова захихикал Гаспар, и у него изо рта потекли слюни. — Да-а-а! Надо было прирезать ее еще до того, как она родила… Тогда не пришлось бы бегать за девчонкой. Всё досталось бы мне.

— Как ты мог? — устало спросила я, с отвращением глядя на брата.

Ну как? Как у моего отца могло появиться на свет это ничтожество? Этот подонок.

У благороднейшего, порядочного и доброго человека — такой сын? Кем была его мать, я не спрашивала. Супруга графа, вероятно, знала. Да я практически уверена, что знала. Она же была сидхе, что это я? А меня по малолетству никто не спешил посвящать в детали происхождения брата. Он просто был.

— А замок меня ненавидит, — вдруг завращал он глазами, продолжая висеть в руке Дара. — Тени… Тени шепчут — «Уходи-и-и… Уходи-и-и…». Гаспарчика обижают. За что тени не любят Гаспара? Он хороший, добрый.

Рэмину не отравил в младенчестве. Хотел, да. Но пожалел же? Ее можно было выгодно продать потом кому-нибудь, как вырастет. Красивая мерзавка. Сбежала, сбежала от Гаспарчика. А тени… Замок гудит, гудит… Пуга-а-ает…

Тут он закатил глаза так, что стали видны одни белки. Захохотал совершенно невменяемо.

— Рэмина, тебе что-нибудь нужно в кабинете отца? — брезгливо поморщившись, спросил лорд Калахан.

— Если остался нетронутым сейф, я бы забрала документы.

Маленький сейф за картиной был взломан.

Ну что ж, значит, тут искать что-либо бессмысленно.

— Выйдите! — приказал нам тот, кто пришел отомстить за свою любовь.

Мы с Ирмой переглянулись, Дарио разжал пальцы, и Гаспар шлепнулся на пол. А тень, подхватив меня под локоть, потащила к выходу.

— Не надо вам смотреть, леди, — тихонько проговорила она. — Драконы жестоко мстят за нанесенные им обиды. Не стоит вам видеть то, что останется от вашего брата. По отцу, да?

— Да, единокровный, — отозвалась я.