Рапсодия минувших дней

Не сильно, лишь чтобы мне не мешала непогода.

Приземлились драконы на одну из скал. Потоптались, утрамбовывая огромными когтистыми лапами снег, чтобы я и Ирма не провалились в сугробы по пояс.

И лишь когда получилась площадка, на которой можно спокойно расположиться, я соскользнула вниз. Ирма тут же очутилась рядом, а обе огромные рептилии, не меняя облик, встали так, чтобы загородить нас от ветра.

Серо-голубой дракон еще немного переминался, глядя на то, как я вытаскиваю из футляра скрипку. Тяжело вздохнул, выпустив колечки дыма из ноздрей, и раскрыл одно крыло, чтобы закрыть меня от падающего снега.

— Спасибо, Дар, — погладила я его по боку. — Только ты устанешь так, мне придется играть, наверное, с час, если не дольше.

«Не рассыплюсь!» — довольно резко отозвался он, но тут же отвернулся, досадуя на себя за грубость.

— И что будет? — кивнула Ирма на музыкальный инструмент. — Вы сыграете. И?

— Надеюсь, что после этого никто из обычных жителей Дагры не пострадает.

Ну не могу же я сказать ей, что собираюсь сделать?

Боги всемогущие! Что же я делаю?! Но иного пути я не вижу.

Смычок лег на струны.

Помедлила, собираясь с духом. Не так-то просто решиться на подобное и страшное.

Укутанную снегами горную высь встревожил плач скрипки.

Я играла, вкладывая в музыку всё данное мне судьбой могущество. Разлетались во все стороны разноцветные нити моего волшебства. Менялась ткань бытия. И словно снежная лавина, сходящая с гор, неотвратимо затапливали всё закрытое королевство моя воля, мои чары.

Дальше, всё дальше. К центру королевства и до самого восточного предгорья. На юг и на север… Как чаша заполняется водой, так запертая в кольце гор Дагра наполнялась моим волшебством.

И я так хотела бы, чтобы оно было созидательным. Но, увы, сейчас оно несло смерть и тлен.

Обращались в прах все до единой сестры Неумолимой. Это был единственный выход. Ни одна из них не должна успеть добраться до Источника тьмы и активировать его. Не знаю как, не представляю, что именно они сделали тогда, когда тонкая пленка, разделяющая наши миры, прорвалась, и то, чуждое, хлынуло сюда.

В этот раз такого произойти не должно. Иначе снова погибнут все живые существа в Дагре, а после и во всем мире. Я не могу этого допустить.

И я играла, и с каждой нотой вместе с дагрийскими жрицами богини смерти умирало что-то в моей душе. Я стала убийцей. Никогда мне уже не быть прежней. Я — жертва в жерновах событий, затопивших этот мир. Но лучше одна жертва, чем сотни тысяч.