Рапсодия минувших дней

А к концу нашего плотного завтрака на блюде осталась лишь груда обглоданных птичьих костей. Следом в оголодавшем организме ящера исчезли жареные колбаски и яичница, крынка сметаны, несколько кусков пирога, которые Урсул щедро поливал мёдом. Однако…

Похоже, смена ипостаси в столь огромное огнедышащее существо и последующий полет сжигают много энергии. Я не понимала этого, видя, как много ел лорд Калахан. Не обратила внимания и на Дарио, который за ужином после нашей прогулки к его дому съел чудовищное количество блюд.

Я не задумывалась о причинах, голоден, вот и ест, как мне казалось.

Но если судить по тому, как хищно накинулся на еду Урсул и сколько он смог ее проглотить, всё не так просто.

Ирма расправлялась со скворчащей яичницей. Я пила мелкими глоточками сладкое до приторности медовое молоко и отламывала кусочки от пирога с яблоками. М-да, с Жужиной стряпней этой выпечке не сравниться. Обедать однозначно спускаться не станем, съедим то, что она нам дала в дорогу.

Дракон изредка бросал на меня задумчивые взгляды, но заговаривать не спешил.

И лишь когда мы, покончив с трапезой, поднялись на второй этаж и зашли в одну из выделенных нам комнат, он спросил:

— Лорду Шедлу грозит смерть?

— Да, — помедлив, ответила я. — Ему и лорду Калахану. У меня было видение.

— Понятно. Спим до вечера. Ирма, следи за госпожой.

— Без тебя знаю! — огрызнулась оборотница. — Я вообще-то тень.

— Мне без разницы. Я поклялся лорду Шедлу охранять его сокровище. Но мне нужен отдых для следующего перелета.

Добирались мы несколько суток. Уж не знаю по какой причине, но Урсул решил, что лететь мы будем ночами, а не при свете дня. И именно так, словно совы или, учитывая перепончатые крылья дракона, летучие мыши, мы и продвигались к цели. Останавливались на отдых и на перекус на открытой местности. Пока мы с Ирмой разминали затекшие конечности, Урсул перекидывался в человека, жадно съедал порцию мяса, немного сидел, прикрыв глаза и медитируя. После чего встряхивался, снова перекидывался в мощного чешуйчатого зверя, и мы продолжали путь до рассвета.

В качестве мест для полноценного отдыха он всегда выбирал скромные трактиры на отшибе, подлетал к ним так, чтобы нас не успели увидеть. Иногда приземлялся поодаль, прячась, и приходилось потом какое-то расстояние преодолевать пешком, чтобы создавалось впечатление, будто мы пришли своим ходом.

— Урсул, почему мы так скрываемся? — не выдержала я после одного такого перехода до трактира, занявшего почти два часа.