Рапсодия минувших дней

Дарио же напрягся, цепко схватил меня за плечо, развернул к себе, вглядываясь в глаза.

— Ты была-а та-ам! — понял внезапно. — Ты вошла! И язык… Это язык сидхе?

Я криво улыбнулась. Нет уже смысла что-то отрицать. Сейчас всё закончится. Точнее, всё заканчивалось в этом зале в моем видении. Правда, Ирма погибла иначе, чем я видела. Позже, не там и не так.

Жаль, что я лишь сейчас поняла причину этого. Мой короткий шаг назад во времени, всего лишь сутки, чтобы скрыть пребывание в городе-государстве моего народа, сдвинул ход событий.

Несильно, но сдвинул. Поэтому вроде бы всё идет примерно так, как я видела в Источнике мира, но немного иначе.

— Поцелуй меня, — прошептала я, глядя в желтые глаза.

Сзади озадаченно хмыкнул Урсул.

А мои губы уже накрыли сухие жесткие и горячие губы Дара. Первый поцелуй остался в памяти вкусом пепла. Последний — пах железом и кровью.

— Помни меня, Дар, — оторвавшись от него, я всхлипнула. — Помни меня! Несмотря ни на что — помни! Я вернусь, а ты — помни!

Непонимание, страх, вырвавшийся из-за ментального щита, скрывающего эмоции.

Грохот тела за спиной. Это мгновенно умер Урсул, я знаю… Прости и ты, мой дракон. Мне жаль.

И, оттолкнув Дарио, я шагнула к колодцу, из которого чернильным пузырем вспучилась первородная тьма.

Время — странная субстанция. Оно то мгновенно летит, то замедляется, и миг длится вечность. Сейчас как раз такой случай.

Последний шаг, судорожный порез кинжалом по ладони, и черный, как та самая тьма в колодце, кабошон обсидиана на зачарованном кулоне, оставленном Альендой Шохард, залит моей кровью.

Замах, бросок, немыслимо длинный его полет в Источник тьмы…

Вот пузырь вспучился еще больше, промялся от влетевшего в него артефакта, булькнул… И нереальный по мощи взрыв.

Отброшенная взрывной волной к стене этого подвального помещения, практически размазанная по ней, контуженная и оглохшая, я отстраненно наблюдала за творящимся хаосом.

Сработали мои последние амулеты — сережки, купленные у старого мастера. Они последние держались, все остальные уже выгорели и осыпались прахом.

Даже два перстня, которые служили мне дольше всех и спасли однажды от нападения сестер Неумолимой.

Тогда они отразили магическую атаку, не пострадав, сейчас — нет, так же как и все прочие магические безделушки. Сережки, чьи свойства я так и не успела узнать, выстояли во время нашего нелегкого пути вниз, но сейчас и они, похоже, превращались в прах, последним своим усилием сохранив мне жизнь.