Расческа для лысого (СИ)

Нимфоманка ты, Ленка…

— Малех… Приподнимись чуток, — я знаю, для чего это ему надо, и послушно приподнимаюсь, позволяя распутать узел на полотенце. А затем широкие ладони скользят вверх по голым ногам, задирая полы халата, и каждый отвоеванный ими сантиметр отдается с огнем. Пламенем. Еще немного, и все вокруг загорится!

— Зачем халат надела? Сказал же, не надо одежды… — голос хрипит чуть слышно, интимно, рождая ответную дрожь в теле. Это будоражит.

— Так интересней… — это я говорю, да? Я признаюсь, что хочу играть с ним?

— Да… Наверно, ты права, малех… Иди ближе.

Меня опять чуть приподнимают, а затем насаживают на твердый член. Медленно, как я и хотела. И да, я чувствую каждый сантиметр. Это болезненно, после жаркой ночи. Но эта боль — необходима, она добавляет остроты, пикантности. Огня.

— Охереть, малех… Давай сама.

Руки оставляют мои бедра, скользят вверх, снимая с плеч к поясу халат, освобождая грудь и тут же прихватывая ее ладонями, сжимая. Это тоже больно, он совсем не нежен. Но отчего-то я выгибаюсь, притираясь сильнее к нему, вжимаясь.

И начинаю мягко раскачиваться по несильной амплитуде, ловя больше кайфа просто от ощущения наполненности, растяжки, легких болезненных спазмов, сладких импульсов внизу живота. Я понимаю, что Мише этого недостаточно, он любит жестче, любит доминировать, но сейчас почему-то позволяет мне развлекаться, кайфовать, не препятствует, только дышит тяжелее, да руки без остановки скользят по мокрому от пота телу.

Здесь тепло, даже жарко, халат совершенно лишний, он болтается на завязках на талии, жутко раздражая, потому что хочется чувствовать всем телом его горячую кожу, хочется врезаться, влиться в него целиком, без остатка, раствориться в нем.

Это непонятное для меня ощущение и непривычное. Но не пугающее. Наоборот, возбуждающее.

Миша тихо ругается, потом рывком освобождает меня от халата, и я ликую: ему тоже хочется прикоснуться ко мне всем телом!

Мы сидим в большом зале, прямо возле бассейна, и мои вскрики эхом разносятся над поверхностью воды.

Я словно со стороны смотрю на нас. И это красиво. Тоненькая, гибкая девушка извивается, как лоза, в руках смуглого мощного мужчины, запрокидывает голову, стонет в такт жестким ударам, потому что опять и уже давно потеряла инициативу и сейчас только отвечает на ласки, поворачивается, чтоб поймать его губы воспаленным ртом, кладет голову на крепкое плечо, грудь подрагивает в такт движениям… Я не сразу понимаю, что вижу, на самом деле вижу происходящее.