Только что я сидела, выгибалась на его пальцах, стонала громко, не сдерживаясь, кайфуя от вкуса его кожи и закатывая глаза в предвкушении феерического оргазма…
А в следующую секунду я опять сижу на соседнем сиденье, распаленная, растрепанная, с диким взглядом и дрожащими ногами. В животе ломит от неудовлетворенного желания, от сорванного кайфа, в голове полный бедлам.
Миша оглядывает меня, медленно и жадно, словно хочет запомнить для себя, как я выгляжу. Выдыхает. А потом…
А потом щелкает замок, и он, помедлив, кивает мне на выход.
Это, бл*, чего такое сейчас было???
Это он меня… Обломал что ли? Он? Меня???
– Давай, малех, на выход. И не косячь больше. А то я нихера не этот… Как его, бл*… Не Пароходов…
Слова даются ему медленно. Но он опять спокоен. Словно и не было вот прямо сейчас бешеного урагана, который крышу мне напрочь сорвал, унес в закат, без возврата!
Это как так?
Так разве бывает?
Он же меня хочет?
Очень хочет, я ж не дура! Да у него член сейчас джинсы порвет! Какого хера здесь вообще происходит?
Я очень хочу задать эти вопросы.
Вернее, не задать, а выкрикнуть их, проорать прямо в охамевшую физиономию.
Меня в буквальном смысле кроет, колбасит от сорвавшегося оргазма, от неудовлетворенности и обиды так, что становится страшно. Не по себе. Я в таком состоянии на многое способна, мне ли не знать. Хотя… Не было у меня такого состояния до встречи с ним! Никто меня так качественно не доводил!
Гад! Сука! Тварь! Извращенец!
Я очень, просто очень хочу вцепиться в уже невозмутимую и ироничную физиономию ногтями.
Но вместо этого выдыхаю злобно:
– Да пошел ты нахер, придурок! Если не стоит, то нехер и лапать!
А потом выкатываюсь прочь из машины, хорошенько саданув дверью напоследок.
И иду к подъезду. Ощущая, как он смотрит на меня. И этот взгляд его, как прикосновение, жадное и возбуждающее.
Но вот хер я повернусь.
Нагибаюсь, демостративно, кошечкой, подтягивая сползший гольф. Смотри, сука, чего ты лишился! Навсегда, тварь, навсегда!
Слышу за спиной автомобильный гудок, выпрямляюсь, медленно одергиваю юбочку и поднимаю руку, показывая ему средний палец, чтоб понял, куда я его посылаю.
Если с первого раза не дошло.
Меня сейчас не заботит ни придурок-капитан, что может устроить мне веселье, ни то, что меня запросто увидят соседки и опять вложат Польке.
Нет, меня волнует только самый жесточайший облом в моей жизни и гад, который мне это облом обеспечил.
