Она явно нервничала. Дэвиду Эшли казалась похожей на перепуганного зверька, случайно пойманного в беспощадный слепящий свет фар мчащегося по дороге автомобиля.
*** – Доброе утро, Эшли. Помните доктора Сейлема? Девушка кивнула.
– Ему придется снова вас загипнотизировать. Согласны?
– Он…, он будет говорить с теми…, другими?
– Ничего не поделаешь. Вам не нравится?
– Дело не в этом. Я…, я сама не желаю иметь с ними ничего общего.
– Все будет как скажете. Никто и ни к чему не будет вас принуждать.
– Мне это отвратительно! – неожиданно взорвалась Эшли.
– Знаю, – успокаивающе погладил ее по руке Дэвид. – Не волнуйтесь. Это скоро кончится. Он кивнул Сейлему, и тот выступил вперед:
– Садитесь поудобнее, Эшли. Вспомните, ведь это совсем просто. Закройте глаза и расслабьтесь. И попытайтесь ни о чем не думать. Чувствуете, как ваше тело становится все легче? Вслушайтесь в звуки моего голоса. Забудьте обо всем. Ваши веки тяжелеют…, спать…, спать… Вам очень хочется спать… Засыпайте…
Как и в прошлый раз, погружение прошло без всяких осложнений.
Доктор сделал знак Дэвиду. Адвокат шагнул ближе.
– Я хотел бы поговорить с Алетт. Вы здесь, Алетт? И лицо Эшли словно по волшебству смягчилось, приобретя черты юной наивной девушки. Снова этот мягкий, мелодичный итальянский акцент.
– Buon giorno.
– Добрый день, Алетт. Как вы себя чувствуете?
– Male. Плохо. Нам очень трудно приходится.
– Не только вам. Всем сейчас нелегко, но дайте время, все образуется.
– Надеюсь.
– Алетт, я хотел бы задать вам несколько вопросов.
– Пожалуйста.
– Вы знали Джима Клири?
– Нет.
– А Ричарда Мелтона?
– Да, – с искренней печалью вздохнула девушка. – Я до сих пор не могу опомниться от этого ужаса. Мне так его жаль!
Дэвид многозначительно взглянул на доктора Сейлема.
– Вы правы, Алетт. Кошмарная история. Когда вы видели Мелтона в последний раз?
– Мы договорились встретиться в Сан-Франциско. Сходили в музей, пообедали.
Перед тем как расстаться, он спросил, не хочу ли я зайти к нему.
– И вы согласились?
– Нет, и зря отказалась. Будь я с ним, убийца, возможно, побоялся бы напасть. Но мы попрощались, и я уехала в Купертино.
– И, как оказалось, это была ваша последняя встреча?
– Да.
– Спасибо, Алетт, и прощайте.
Немного помедлив, Дэвид подступил еще ближе:
– Тони! Вы здесь, Тони? Я хотел бы потолковать с вами.
И снова разительные перемены.
