– Можете начинать перекрестный допрос, защитник. Дэвид нерешительно взглянул на Эшли. Та ожесточенно трясла головой.
– Вопросов не имею, – заявил он.
– Нет вопросов? – переспросила судья, пристально вглядываясь в адвоката. Дэвид встал.
– Вопросов нет, поскольку сами свидетельские показания не имеют смысла. Господа присяжные, обвинению придется доказать, что Эшли Паттерсон знала истинных виновников и имела мотив для…
– Я уже предупреждала вас, адвокат! – рассерженно перебила судья. – Никто не уполномочивал вас просвещать присяжных в уголовном праве.
Если…
– Но кто-то должен им все объяснить! – взорвался Дэвид. – Вы слишком много позволяете обвинителю! Ему все сходит с рук!
– Довольно, мистер Сингер! Подойдите ко мне. Дэвид молча послушался.
– Я привлекаю вас к судебной ответственности за неуважение к суду и приговариваю к суткам тюремного заключения в здешней уютной тюрьме по окончании процесса.
– Постойте, ваша честь! Вы не имеете…
– Я уже дала вам сутки тюрьмы, – мрачно предостерегла мисс Уильямс.
– Хотите удвоить этот срок?
Дэвид не отходил, пронизывая судью гневными взглядами и тяжело дыша.
– Ради…, ради моего клиента постараюсь сдержать эмоции.
– Мудрое решение, – кивнула судья. – Суд удаляется на перерыв.
И, повернувшись к судебному приставу, предупредила:
– Как только процесс закончится, вы возьмете мистера Сингера под стражу.
– Будет сделано, ваша честь.
– О Боже, – прошептала Эшли, стискивая руку Сандры. – Что происходит?
– Не волнуйтесь, дорогая. Доверьтесь Дэвиду.
*** Выбежав из зала суда, Сандра набрала номер Джесса Куиллера.
– Я уже слышал, – хмуро отозвался тот, словно ждал звонка, – папарацци постарались. Но трудно винить Дэвида за эту вспышку. Тесса с самого начала упорно донимала его. Чем Дэвид заслужил такую немилость?
– Не знаю, Джесс. Все это сплошной кошмар. Вам следовало бы видеть лица присяжных. Все настроены против Эшли. Ждут не дождутся, пока наконец смогут приговорить ее! Но ничего, защита еще не сказала последнего слова. Дэвид сумеет их переубедить.
– Вашими бы устами…
– Судья Уильямс ненавидит меня, Сандра, и поэтому предубеждена против Эшли. Если не предпринять срочных мер, Эшли погибла. Этого нельзя допустить.
– И что ты намереваешься делать? – прошептала жена.
– Выход один – заявить о самоотводе. Пусть берут другого защитника, – вздохнул Дэвид.
Оба прекрасно понимали, что это означает. У репортеров будет настоящий праздник. Уж они не преминут поиздеваться над неудачей Дэвида.
