– Скажите, много ли ваших бывших пациентов жаловались на расщепление сознания? Утверждали, что их телесную оболочку делят еще несколько человек, рожденных собственным воображением?
– Да нет…
– Немного? Сколько же? Человек двенадцать?
– Нет.
– Шесть?
Доктор покачал головой.
– Четыре?
Ответа Дэвид так и не дождался.
– Скажите, мистер Рали, вы вообще когда-нибудь видели больного, страдавшего этим недугом?
– Знаете, это трудно…
– Да или нет, доктор?
– Нет.
– Значит, вам известно о деперсонализации исключительно понаслышке и из литературы? Больше вопросов не имею.
*** Представитель обвинения вызвал еще шестерых свидетелей, удивительно единодушных в своих показаниях. Микки Бреннан собрал девять ведущих психиатров страны, абсолютно уверенных в том, что расщепление сознания – выдумка преступников, старающихся выйти сухими из воды.
*** Версия обвинения была почти изложена. Когда последний свидетель в списке дал показания, судья Уильямс обратилась к Бреннану:
– Больше у вас нет свидетелей, мистер Бреннан?
– Нет, ваша честь.
Но я хотел бы показать господам присяжным фотографии со сценами преступлений, сделанные после убийств…
– Ни в коем случае! – разъяренно прошипел Дэвид.
Судья повернула голову в его сторону:
– Что вы сказали, мистер Сингер?
– Я сказал…
Сейчас он сорвется, и тогда…
– Протестую, ваша честь, – поправился Дэвид. – Обвинение пытается настроить присяжных против…
– Протест отклонен. Все условия следовало выдвигать перед началом слушаний.
Мистер Бреннан, можете показывать свои снимки.
Дэвид резко развернулся и пошел на место. Бреннан взял со своего стола пачку фотографий и раздал присяжным.
– Понимаю, леди и джентльмены, смотреть на это не слишком приятно, но мы собрались здесь, чтобы выяснить истину. И не давайте себя обмануть высокими словами, умными теориями, удобными предлогами и сказками о таинственных чужеродных “я”, якобы убивавших людей. Перед вами трое мужчин, зверски и бесчеловечно убитых.
Закон гласит, что кто-то должен платить за эти преступления. Дело каждого из вас позаботиться, чтобы правосудие свершилось.
Страшно был смотреть на лица присяжных, искаженные ужасом и неверием.
Обернувшись к судье, Бреннан объявил:
– Обвинение закончило допрос свидетелей, ваша честь.
Уильямс посмотрела на часы:
– Уже четыре. Заседание на сегодня закончено и возобновится в понедельник, в десять утра. Суд удаляется на два дня.
