– Не куришь, не пьешь, – хохотнул Деннис. – Настоящее сокровище. Что же нам остается? Самое интересное? Да, детка?
– Деннис, если ты не перейдешь к делу… – угрожающе начала Эшли.
– Шучу! Шучу!
Деннис умиротворяюще поднял руки, подошел к бару и налил в бокалы вина.
– Может, все-таки попробуешь? Что тебе сделается от одного глоточка?
Он вручил ей бокал. Эшли чуть пригубила.
– Рассказывай о мисс Совершенстве. Деннис устроился на диване рядом с Эшли.
– Поверишь, в жизни не встречал ничего подобного! Такая же секси, как ты, ив постели…
– Немедленно прекрати, или я ухожу!
– Зайка, нечего спускать на меня собак! Я думал сделать комплимент, а ты… Ладно, короче говоря, она втрескалась в меня по уши, но ее предки слышать ничего не хотят.
Понимаешь, отец – важная шишка и запретил мне пудрить мозги его доченьке.
Эшли молча слушала.
– Видишь, в чем штука: если я надавлю, она выскочит за меня, но ее “шнурки” встанут на дыбы. Не видать нам тогда ни цента из папашиных “бабок”. Значит, когда-нибудь она наверняка свалит всю вину на меня.
С другой стороны, как же нам быть? Понятно, в чем беда?
Эшли сделала еще глоток.
– Разумеется. Я…
И тут все застлало пеленой.
*** Эшли медленно приходила в себя, смутно сознавая, что случилось нечто ужасное. Голова была тяжелая как свинец. Ее чем-то опоили!
Потребовалось сверхчеловеческое усилие, чтобы открыть глаза. Ухитрившись наконец оглядеть комнату, Эшли оцепенела. Она лежала совершенно голая в неряшливом гостиничном номере.
Хватаясь руками за спинку кровати, она умудрилась встать. Голова кружилась, в висках стучало. Куда это ее занесло? И каким образом она оказалась в этой дыре?
Но тут Эшли увидела валявшееся на тумбочке меню гостиничного ресторана и, превозмогая боль, вгляделась в обложку. “Чикаго Луп-отель”?!
Эшли еще раз перечитала слова, аляповато намалеванные красной краской.
Чикаго? Что она делает в Чикаго? В пятницу она согласилась зайти к Деннису Тибблу. Почему же не помнит, как ушла оттуда и что делала потом? Какой сегодня день?
Вне себя от беспокойства она подняла трубку и набрала номер.
– Чем могу помочь, мисс?
– Какой…, какой сегодня день? – едва выговорила, почти не ворочая языком.
– Семнадцатое…
– Нет, я имею в виду, какой день недели?
– Понедельник, а в чем…
Эшли бросила трубку, словно обжегшись. Понедельник! Каким-то образом из жизни выпали два дня и две ночи.
Она рухнула на постель, стараясь припомнить, что случилось.
