Расплачивайся. Сейчас.

- Разве ты бы меня не запомнила, если бы мы хоть раз встретились?

С одной стороны, его вопрос можно было бы посчитать слишком самонадеянным, с другой стороны – Лонго прав. Наверное, если бы мы виделись в детстве, я должна была бы его запомнить. Хотя бы из-за того, что он являлся сыном лучшего друга моего отца. Ну и сейчас, смотря на него, я понимала, что у Матео очень необычная внешность. Разве такого забудешь?

- То есть, получается, мы с тобой точно не общались, - я произнесла это больше, как мысли вслух.

Как остаточный факт. – Но… ты меня совсем не помнишь? Подожди.

Я потянула Матео за ладонь. Естественно, остановить его бы не смогла. Сил бы не хватило, но я таким образом просто давала понять, что хочу, чтобы мы остались тут и, к счастью, Лонго это сделал.

- Понимаешь, один человек сказал мне, что отец, когда был жив, приставлял ко мне охрану, чтобы защитить меня от одного человека. И этим человеком являешься ты.

- Правда? – Лонго еле заметно приподнял бровь. – Прямо от меня? И зачем же?

Я не просто так решила сказать об этом прямо.

Хотела узнать, что Матео ответит. Посмотреть на его реакцию, но ее… будто бы не было. Разве что приподнятая бровь, но глаза совершенно такие же, как обычно. Без единой эмоции. Пробирающие.

- Я не знаю. Меня просто поставили перед фактом, что отец пытался защитить меня от тебя и… Ты помнишь меня в детстве?

- Может, пару раз тебя видел, - Лонго наклонился и губами коснулся моего уха, так, что кончики его волос скользнули по моей щеке и я ощутила будоражащий, терпкий запах одеколона Матео.

– Точно не помню. Много лет прошло, но, кажется, если не ошибаюсь, ты всегда ходила в платьях.

Я и правда в детстве постоянно носила исключительно платья. Часто – пышные. Как у принцессы. Но я такая была не одна, поэтому не факт, что Лонго сейчас говорил именно про меня.

- И ты не знаешь, почему мой отец так сильно не хотел, чтобы ты находился рядом со мной?

- Понятия не имею. Я же такой охуенный, - Лонго положил ладонь на мою обнаженную спину.

Губами касаясь моей шеи и затем вовсе проводя по ней языком. Я задрожала. Пальцами сжала его рубашку, чувствуя, как под кожей вспыхнул жар. – И кто же тебе сказал такое? Я поговорю с ним. И тогда мы поймем, что он имел в виду.

- Нет, не нужно, - ответила, тут же прикусив кончик языка, от того, что Лонго поцелуями опустился нище. Целуя ключицы. Затем грубыми, безжалостными губами касаясь груди в декольте.