Расплачивайся. Сейчас.

Вот только, о благополучии клана ему следовало думать, когда он своего старшего сына в рабство отдавал с последующим намерением убить, а младшего и бестолкового делал своим наследником.

И меня взбесило то, что Гаспар опять пытался перекупить у меня Матео. Логически я понимала, почему он это делал. Раз, Матео отказывался идти с ним вообще на какой-либо контакт, Гаспар пытался лишить его возможности обрезать с ним любые связи.

Вот только, я не собиралась продавать Матео. Ни за какие деньги и ни при каких обстоятельствах.

В третью нашу встречу Гаспар пытался склонить меня к тому, чтобы я помогла ему встретиться с Матео. К этому моменту, мы уже разговаривали иначе. Гаспар начал подбирать слова, а не просто пытаться давить. Раздражаться. Злиться. Но все равно все это безрезультатно.

В четвертую встречу… Он просто спросил у меня, как у Матео дела. Лишь один вопрос. Я сухо ответила на него «Отлично» и к моему удивлению, на этом все. Гаспар ушел.

До сих пор не понимаю, что это было. Искренняя попытка узнать, как дела у его сына? Или же Гаспар ожидал услышать «Ужасно» и продолжить вести свои манипуляции?

Но, кажется, с Матео он после этого опять пытался связаться. Может, даже не один раз.

- Нервничаешь? – спросил Анджело, когда я чуть не зацепилась за порог.

- Нет. Просто задумалась, - я поправила платье и пошла дальше.

- О чем?

- О Гаспаре, - я не стала увиливать.

- Хм… Ты думаешь о причине, по которой он сегодня приезжал сюда?

Я опять чуть не зацепилась. На этот раз, о низ собственного платья.

- Гаспар приезжал сюда? – удивленно переспросила.

- Ты не знала?

- Нет.

- Его не пустили на территорию сада, но слышал, что Лонго ненадолго вышел к нему. Предполагаю, что их разговор ничем хорошим не закончился.

Я еще сильнее приподняла брови. Нужно будет позже спросить об этом у Матео.

Я не знала, как относиться к тому, что делал Гаспар, но осознавала, что это совершенно ничего не меняет. Он сделал слишком много ужасного для Матео. В том числе и несколько раз пытался убить. И из-за того, что он дал чрезмерно много свободы Давиду, когда тот был в статусе наследника Ндрангеты, Матео до сих пор вел войну с римской группировкой. Порой конфликт между ними достигал пика.