Расплата за невинность

Ирина старалась держаться максимально прямо, чтобы члены не выпадали из неё. Она понимала, что должна достойно держаться и пройти практику. Основная часть работы уже сделана. Осталось за малым!

Снова смена позиций, теперь уже верховный жрец долбил ротик Ирины, а двое других старались затолкать члены в вагину девушки. Это у них получалось без особых усилий.

Спустя несколько минут такой долбежки, все трое мужчин, как по заказу подорвались, посадили Ирину на колени на кровати и принялись усердно надрачивать на её лицо.

Первым кончил верховный жрец, испустив на рот и щеку Ирины горячую жидкость. За ним двое других. Девушка с готовностью проглотила всё до капли.

– Молодец. Иди. – похвалил ее с одышкой верховный.

Ира без слов спустилась с кровати и пошла одеваться. Первый день практики был окончен.

– Сегодня дитя, ты познаешь искусство приятной боли. – говорил незнакомый до этого дня Ирине мужчина.

Обнаженная девушка была привязана к крестообразному распятию, во рту у нее был круглый мячик на ремешках. А обнаженный мужчина лет 35-ти ходил перед ней с плеткой в руке и проводил «ликбез».

Ирине было, по правде говоря наплевать что он ей “втирал”. Она просто хотела по быстрому отстреляться и свалить домой.

– … так вот. Ты не должна издавать ни звука, только стоны наслаждения. Если услышу что тебе вдруг больно, то я порву твоё очко на британский флаг.

Девушка молча кивнула и стала ждать первых ударов. Мужчина замахнулся, как лихой ковбой, и щелкнул плетью. Тонкий кожаный конец орудия попал по соску жертвы. Она зажмурилась, дёрнулась, но промолчала. Следующий удар попал по второму соску. Снова та же реакция.

Мужчина уже начал выходить из себя и нанёс третий удар прямиком по клитору бедняжки. Как ни пыталась она сдерживаться, но всё-таки это было практически невозможно, она громко застонала от резкой боли.

Садист принял этот вопль отчаяния за стон наслаждения и, обрадовавшись стал хлестать плетью уже только по промежности.

Через несколько минут мужчина выдохся, положил плеть и взял другую, с длинной рукоятью и множеством кожаных ремешков. Он подошёл ближе к распятой и закрутил плеть в руке, стараясь её концами посильнее задевать то соски, то промежность.