Расплата за невинность

В комнате воцарилась гробовая тишина, Ирина тайком поглядывала на мужчин, но они сидели, как вкопанные и не подавали признаков жизни.

Несколько долгих минут все сидели не шелохнувшись, наконец-то один из мужчин подал голос:

– Ты понимаешь, что для тебя сейчас наступает самый важный этап в твоей жизни, деточка?

Его голос был довольно старым, и Ирина задумалась, сколько же лет этому человеку? Поэтому не сразу ответила на его вопрос.

– Ты слышала вопрос? – снова переспросил он.

– Да, я слышала, я все понимаю, – ответила она.

– Тогда начнем! Вставай и раздевайся, затем покрутись, мы должны оглядеть тебя. С сегодняшнего дня, ты не принадлежишь самой себе и полностью являешься собственностью ордена.

Ирина заметно побледнела и ее сердце забилось с удвоенной скоростью. Что делать? Бежать? Кто они? Что хотят от нее? А если они тоже захотят бить и насиловать ее, как и те ублюдки, на квартире старой ведьмы?

“С другой стороны, ради бабули… Эти люди настроены серьезно, и что-то мне подсказывает, что им можно верить…”

Ирина медленно разделась и смущенно встала перед мужчинами в масках.

Девушка медленно покрутилась вокруг своей оси и остановилась лицом к мужчинам. Она стояла, опустив голову и все ее тело тряслось от страха.

В ее голове крутилось огромное количество мыслей и она даже не пыталась их осмыслить. Наоборот, пыталась убедить себя, что все это какая то шутка и скорее всего, сейчас мужчины снимут маски и скажут, что она участвует в необычном розыгрыше, или ее снимают скрытой камеры.

– Подойди ко мне, дитя моё, – снова раздался все тот же голос, и Ирина подошла к нему.

– Преклони колено, – он дотронулся до ее головы, когда она склонила ее перед ним в почтении и продолжил: – Дитя, сегодня твой первый день, когда ты, наконец-то, найдешь свое предназначение и станешь служить великим жрецам, ты станешь собственностью нашего братства, всеобщей вещью, которой каждый сможет распоряжаться по своему усмотрению.

Ирина еще больше задрожала от его слов, но не проронила ни слова.

– Ты клянешься выполнять все, что от тебя потребует братство и быть хорошей рабыней для нас? – он приподнял ее подбородок и заглянул в ее глаза.