Расплата за риск

И стоило ногам девушки коснуться земли, как мужчина тут же приподнял ее над землей, обнимая за талию.

Жу, буквально повиснув в руках Джека, сняла свой шлем, который тут же попал в руки Джека. А потом помогла снять и шлем с головы своего Злодея. И улыбнулась.

Глаза Данилова полыхали жаждой, руки словно прожигали одежду насквозь, доставая до костей, а легкая щетина колола щеки и губы Джульетты. Но девушка ни за что не прервала бы их поцелуй. Наоборот, она теснее прижалась к сильному телу своего мужчины.

Джек приподнял Жу-жу и прижал ее к себе настолько тесно, что одежда не мешала девушке чувствовать напряженное мужское тело.

"Данилов понес Джульетту точно пушинку, через двор, распахивая двери и, практически пинком, закрывая их за собой. Жу не стесняясь, обхватила ногами талию Джека. А он, сбросив перчатки на пол, прокрался руками под куртку, нырнув глубже, устроив горячие ладони на нежной коже спины.

В домике было тихо, пахло свежей сдобой, уютом и ожиданием. Словно эти стены готовились к встрече с Джульеттой.

На миг разорвав поцелуй, Жу обхватила ладонями лицо своего мужчины.

– Я скучала… – прошептала Джульетта. – Я так скучала! Ты даже не представляешь, как сильно я соскучилась.

– Я сильнее, Лисеныш, – так же хрипло ответил Джек.

Его взгляд жадно скользил по лицу, шее, спускался к мягкому свитеру, видневшемуся сквозь распахнутую куртку. Кажется, он готов был сорвать всю эту одежду с девичьего тела. Добраться до нежной кожи, чтобы вспомнить ее нежный аромат, воскресить в памяти каждый изгиб и впадинку.

Его движения были лихорадочными, когда он стягивал со своих плеч куртку, а следом и тонкую водолазку. И стоило Джеку оказаться по пояс обнаженным, как нежные руки тут же заскользили по широким плечам, пальцы замерли на рисунке лисенка, свернувшегося в клубок над сердцем Данилова.

– Я должен был тебе все рассказать, – выдохнул Джек, обхватив рукой затылок девушки, заглядывая в ее глаза. – Я упрямый идиот.

– Упрямый, – согласилась Жу-жу. – Но только не идиот.

– Скажу больше, – пробормотал Джек. – Я упрямый влюбленный идиот, у которого закоротило мозг. Я не знаю, когда ты меня простишь, и сможешь ли вообще простить, но я не хочу отпускать тебя даже на метр от себя. Я чуть не сдох за то время, пока ты была там.

– Мы поговорим об этом, – кивнула Джульетта, прикусив губу. Она боялась расплакаться, но уже от такого откровенного признания, произнесенного суровым и несгибаемым мужчиной. – Позже поговорим.