Распорядительница гарема

Думаю, он захочет вернуть тебя и отругать посредника, который подсунул нам такую хабалку.

Ингрид позади затихла. То ли подавилась собственной яростью, то ли призадумалась. Я, конечно, блефовала на все сто, совсем не уверена, что Нектир встанет на мою сторону. Но и стелиться перед этой капризной девчонкой тряпочкой я тоже не собиралась. Я ходила в этом сером платье — не умерла от стыда и огорчения, и с ней ничего страшного не случится. К тому же, веди она себя вежливо, уже сегодня получила бы прекрасное платье.

— Наше платье готово? — спросила я у притихшей Клери, что бежала следом за мной.

— Да, хозяйка. Прикажете отдать его Ингрид? — в глазах вирки плескалось столько надежды на то, что конфликт уладится.

Мне было жаль ее разочаровывать:

— Ни в коем случае. Эта нахалка не получит ничего приличного пока не приедет император. Вот когда мы поведем ее показывать — тогда приоденем.

Я зашла в гардеробную, чтобы лично оценить результат наших трудов по кройке и шитью. И у меня захватило дух.

В центре вымытой Клери комнаты красовалось платье на манекене — платье достойное принцессы. Синяя пышная юбка глубокого темного оттенка выгодно контрастировала с нежно-голубым корсетом. Прозрачный, словно крылья мотылька, материал, что мы пустили поверх юбки, делал наряд воистину сказочным. Ленты сбоку вились тугими спиральками, сверху складываясь в аккуратный бант.

— Клери, оно чудесное. Ты умничка.

— Да ну, я тут почти не причем. Все твоя задумка и выкройка, — смущенно улыбнулась лисичка.

— Поверь, без твоей магии, я так бы и ходила с этой задумкой. Не более.

После ужина Ми сообщил мне:

— Прогресс. Восстановление гарема — 19,5%.

— Не густо, завтра попробуем наверстать упущенное, — зевнула я и отправилась спать, по пути планируя, чем займусь завтра. Может, библиотекой? Или тронным залом? Или залами для досуга наложниц, а то раз у нас появилась девушка, не будет же она целыми днями сидеть в своей комнате? Как только появится император, бродить по дворцу ей будет запрещено, а крыло наложниц станет закрытым.

Таков обычай, как мне поведала Клери. Хоть Ингрид и вредная, не хочу, чтобы она чувствовала себя, как в тюрьме.

Утром я впервые с момента пребывания в этом мире проспала до девяти утра. Раньше вскакивала едва ли не до рассвета, видно сказывалось, что чувствую себя не в своей тарелке. У меня в спальне напротив кровати висели часы. Я не спешила вставать, нежилась в постели и рассматривала циферблат.