Распорядительница гарема

Денег нет, но вы держитесь — вспомнила я фразу одного забавного бывшего президента.

— Продавать цветы? Для сада? — спросила Зола, забавно выставив ручонки перед собой, чтобы не запачкать землей новое платье. Видно такой красивой вещи у нее никогда не было и девочка относилась к ней очень бережно. — Но сейчас их продавать нельзя. Они же цветут.

— Это если торговать клубнями и семенами, тогда нельзя, — возразила я. Надо сшить Золе еще нарядов… — А если продавать букеты…

Пришлось объяснять девочке, что такое букеты.

Как ни странно, Зола ухватила суть идеи почти сразу и пришла в восторг:

— Давай сделаем несколько букетов, пожалуйста, и поставим на кухне и в прихожей.

— Ты права! — неожиданно озарило и меня. — Если я хочу показать этому миру, что такое букеты, то нужно начать с дворца. Жаль гостей у нас пока не бывает, а вот если бы заглядывали какие вельможи, то могли бы подхватить повадку. Чему же быть местом зарождения моды и традиций, как не императорскому дому?

Следующие несколько часов мы с Золой подбирали цветы, сочетали их друг с другом и перевязывали лентами, собирая в букеты.

Вскоре весь дворец преобразился и стал намного уютнее, потому что везде благоухала красотища в вазах. Мы сделали бело-голубые пышные букеты, просто белые и чисто голубые, а также бело-желто-голубые. Желтых цветов взошло мало, поэтому их срезали немного.

— Нужны новые семена, — решила я за поздним обедом. — У меня мало цветов, всего три вида. Нужно намного больше. А потом мы составим несколько букетов и, возможно, отправим Золу торговать ими в столице.

Договоримся о месте у какой-нибудь лавки, чтобы тебя не прогоняли…

— Алиса, тут такое дело… — Зола отложила ложку в сторону и серьезно на меня посмотрела. — У меня ведь есть лавка. Старая, грязная, там все запущено и она очень маленькая, но…

— Это та, откуда я забрала тебя?

— Она разве не принадлежит твоему отцу?

— Нет, она досталась мне от мамы. Отец на ней так и не женился, поэтому лавку унаследовала я. Мама торговала там целебными травами и настоями, — голос девочки стал заметно тише.

Она погрузилась в явно болезненные воспоминания.

— Давно мама умерла? — спросила я тоже тихо. Не люблю теребить чужие раны, но не спросить тоже невежливо.

— Скоро будет год, — ответила Зола, и в глазах ее блеснули слезы. — Отец толкнул ее, она упала со ступенек лавки, сломала ногу и… Уже не выздоровела. Ее травы не помогли, поэтому я не хочу ими заниматься, а Роди заставляет ими торговать и зарабатывать.