Неужели поэтому?! И почему его отпустил отец?! Хотя еще более интересный вопрос, зачем дракон спрашивал, он же не подданный Таррина, он сам по себе… Как дракон, подчиняется только Главе Клана. Что происходит, демон их всех побери?!
Вторая мысль была обо всей ситуации, сложившейся на Таррине, в Империи и даже в Лионии. Отец нервничал, и вряд ли только из-за моей выходки. Поговорить по этому поводу нам не удалось, но подозреваю, что внешняя ситуация ухудшилась. А про внутреннюю и говорить незачем, и так все понятно.
Удручающая — это мягко сказано…
После деяний лорда Ферта некоторые высшие маги потеряли часть своей силы, а неожиданная агрессия Заброшенных земель ослабила границы.
Не слишком хорошее наследство досталось моему отцу… Но это не повод использовать полунайтов и выдавать меня замуж ради иллюзорной защиты! Мне всегда казалось, что брат делает для страны в разы больше, нежели отец. Я знала, что они с профессором Бруни создали уже достаточно артефактов и даже распределили их по всей границе Заброшенных земель.
Именно для этого Даррену требовалось столько зелья, забирающего магию. Ему оставалось лишь активировать артефакты заклинанием — и магическая стена упадет. Но Змей не торопился — сложно предугадать, как отреагируют Заброшенные земли, не отнимут ли магию у близлежащих провинций, а затем у всего Таррина. Никто толком не знал, что произошло во время войны, почему образовалась эта мертвая земля, одновременно и дающая, и отбирающая магию. Место, где магические существа чувствуют себя замечательно, а маги теряют свою силу, если остаются там более суток.
Общение с Главой Клана помогало мало. Последний выяснил, как избавиться от магической стены со стороны Драконьей империи, но не мог предугадать, что случится с Заброшенными землями, если драконы откроют границу. Что случится с Таррином, если снять магический заслон. Даррен работал, не покладая рук, постоянно связываясь с Главой Клана драконов. За способ связи, впрочем, стоит поблагодарить моего отца — два больших камня, по сути, те же браслеты, что носила я, позволяли двум странам общаться, но к единому мнению пока так и не пришли.
Заброшенные земли хранили свою тайну.
А меня подталкивали к ненавистному замужеству.
Возвращение во дворец и грустные мысли едва не сбили весь боевой настрой. А расслабляться нельзя, отец давно уже все решил и будет только рад, если я поддамся. Остается рассчитывать на брата… и на себя.
С этими невеселыми мыслями я и уснула.
Утром меня разбудили портнихи.
