Я опустила глаза и вздохнула:
— Устала. Хочу есть и пить. И полежать…
— Лучше бы ты не говорила последнее…
Я покраснела, а он со смехом чмокнул меня в нос и отобрал сумку. Разложив плед прямо на рассохшейся земле, он вытащил припасы Лексы и помахал ими.
— Иди, несчастная, буду тебя кормить.
У меня загорелись глаза:
— Обещаешь?
— Если ты хочешь…
Я никогда не отказывалась от еды. Голодная Альяна — злая Альяна! Но сейчас, едва Берт протянул мне кусочек сыра и коснулся пальцами моих губ, поняла, что хочу совсем не есть.
Видимо, дракона посетили те же мысли, потому что едва наши взгляды встретились, еда полетела прочь. Как и одежда. Повезло, что моя не имела пуговиц, а вот у Берта ситуация была печальнее, но кого это волновало? Нежные губы тут же накрыли мои, мгновение — и я оказалась сидящей верхом на драконе. Принял удар на себя, предпочитая упираться спиной в бугристую землю, пусть даже через тонкий плед? Богиня, никто и никогда обо мне так не заботился. А я никого так не любила…
Мы слишком соскучились друг по другу за последнюю неделю, чтобы сдерживаться.
Даже мимолетное прикосновение обжигало, заставляя гореть все тело и тянуться за поцелуем в попытке утолить жажду.
Берт дотронулся до моей груди, заставив выгнуться и громко застонать, приподнял бедра и задал ритм.
Кажется, мы сошли с ума, занимаясь любовью в самом сердце Заброшенных земель, но никого из нас это не волновало. Перед глазами все расплывалось, а из горла вырывался хрип. Нам хватило нескольких минут, чтобы застонать в унисон и даже закричать — и Заброшенные земли подхватили наши голоса, эхом прокатившиеся по высохшей пустыне.
Я упала на грудь Берта, и он нежно обнял ладонями мое лицо, осыпая легкими поцелуями. Мы долго лежали, восстанавливая дыхание и приходя в себя.
— Люблю тебя, Аль, ты невероятная, — прошептал он, и я довольно улыбнулась. Век бы это слушала…"
"Однако желудок решил иначе, и я смутилась. Берт со смехом приподнял меня и посадил рядом.
Мы быстро уничтожили съестное, заботливо упакованное Лексой, и я почему-то ни капли не стеснялась своей наготы. Так хорошо было…
Сытые и довольные, мы снова растянулись на пледе, и я положила голову Берту на плечо. Он поглаживал мою спину и молчал. А я все же решилась спросить.
— Мы столько времени тут, а я ведь толком ничего не знаю о твоей инициации, — вздохнула я. — Почему ты, едва мы прибыли сюда, превратился в дракона?
Берт прикрыл глаза.
