Рассар

– А я вам не слишком мешаю? Наверняка у вас есть свои дела…

– Откровенно сказать, я этому даже рад, – хохотнул человек, глянув на вампирессу.

– Не сильно радуйся, Ксиррел, – усмехнулась она в ответ. – Когда это все закончится, я загоняю тебя до полусмерти и заставлю за один раз наверстать упущенное!

– Вот такие вот у меня подруги. Пьют мою кровь… в том числе в буквальном смысле!

Я покосилась на вампирессу. Та в ответ мне плотоядно улыбнулась и тронула кончиком языка свои удлинившиеся клыки.

Ужас! Куда я попала?!

– Но не пугайтесь, вам ничто не грозит, да и мне тоже, – засмеялся барон.

Сумасшедший! Все они тут сумасшедшие!!!

Тем временем мы выбрались из замка во внутренний двор. Здесь тоже шла работа. Рабочие-полукровки топорами обтесывали ствол железного дерева.

– Что это вы делаете? – поинтересовался Киэрриэл у полукровки-гнома.

– Руки, господин… – ответил полукровка, с удивлением покосившись на меня.

– Не смотри так на дойру Амнезию, – с легким смехом сказал Киэррэл. – Она здесь ненадолго!

– А я и не подумал ничего такого, господин… – смутился полукровка.

Что это он обо мне подумал?! Что я новая… боевая подруга барона?! Да я его за это!..

– Ну-ну… Так, дамы, подождите меня немного, я поговорю с Гонглиром, а то он, похоже, убежал вперед телеги… Заносит нашего мастера иногда, приглядывать за ним надо.

Человек ушел, а я оглянулась. На стенах стояли… деревянные големы!

Я не выдержала и вздрогнула. Это не осталось незамеченным, но смеха не вызвало. Более того, гоблинка, также чуть вздрогнув и прижав свои большие уши, недовольно проворчала:

– Что-то долго она сегодня камлает…

– Видать, сильнее стала, – сказала вампиресса.

На что гоблинка только поморщилась, а остальные тихо посмеялись. Похоже, недолюбливает она орчанку, подумала я…

Человек тем временем вышел из кузни вместе с гномом-квартероном, держа в руках большой лист бумаги, так что едва хватало размаха рук, чтобы его держать растянутым, и они о чем-то разговаривали, водя пальцами по рисунку.

– Так, с этим разобрались… Что бы вам еще такое показать, дойра… в общем-то особо и нечего.

– Ничего, господин барон, главное я увидела, а именно то, что листовки печатаются.

– Хорошо, тогда давайте вернемся в замок, а то на улице несколько сыровато.