Рассказ о двух сестрах (ЛП)

Никто даже не дышал.

Первой оправилась Шарлотта:

На это виконт просто захватил оба чемодана Лидии и поднял их, вроде они были не тяжелее пуха.

— Куда Вы с ними идете? – завопила Лидия, но, достаточно понизив голос иначе, уже кто-нибудь бежал бы по лестнице в волнении, что что-то случилось.

Он шагну к парадной двери, распахнул ее ударом ноги и выбросил чемоданы за порог.

— Уходите, — резко сказал он. – Убирайтесь ко всем чертям!

Глаза у Лидии округлились:

— Вы даете мне уйти?

В ответ он нетерпеливо фыркнул и, шагнув назад, взял ее за руку и поволок к двери.

— Вы действительно думаете, что я захочу жениться на Вас после всего этого? – прошипел он. – А теперь, уходите!

— Но мне идти целых четверть мили до Руперта, — Лидия вертела головой от Неда к сестре. – Шарлотта должна была помочь мне нести чемоданы.

Шарлотта в ужасе наблюдала, как выражение на лице у Неда превратилось в злорадную гримасу:

— Вы – взрослая девушка, — сказа он. – Как-нибудь справитесь.

— Ради Бога, женщина, — взорвался он, — заставьте Макбэнкса вернуться за ними.

Если он Вас так сильно желает, то понесет эти проклятые вещи.

А потом, в то время как Шарлотта наблюдала за этой сценой с открытым ртом, он выставил Лидию за порог и захлопнул за ней дверь.

— Лидия, — только удалось пропищать Шарлотте, прежде чем Нед обратил свое внимание на нее.

— Вы, — только сказал он.

Это было одно слово, но все что она могла при этом думать: «Слава Богу, что не больше!». Но…

— Погодите, — выкрикнула она. – Я должна сказать до свидания своей сестре.

— Вы будете делать то, что я скажу.

Она пронеслась мимо него к двери.

— Мне нужно попрощаться, — сказала она прерывающимся голосом. – Я не знаю, когда мы снова увидимся.

— Очень надеюсь, что не в ближайшее время, — пробормотал себе под нос Нед.

— Пожалуйста, — умоляла Шарлотта. – Я должна…

Он схватил ее за талию, но через мгновение его руки опустились.

— О, ну ладно, — буркнул он. – Идите. У Вас есть тридцать секунд.

Шарлотта не стала спорить.

Он был пострадавшей стороной в этой ужасной ситуации, и, несмотря на то, что в гневе был для нее отталкивающим, она думала, что он имеет право так себя вести. Но, что, черт возьми, он имел в виду, когда сказал, что хочет ее?

Ну, хватит. Она не могла теперь об этом думать, ни тогда, когда ее сестра уходила в ночь, ни тогда, когда воспоминание о выражении его лица заставляли ее дрожать. И глаза – синие, неистовые, пылающие, когда он говорил: «Я хочу Вас».