Рассказ о двух сестрах (ЛП)

— Какое счастье жениться на откровенной жене, — пробормотал он, скользя губами возле ее уха.

Шарлотта нервно вздохнула, пытаясь не обращать внимания на дрожь во всем теле от его нежного шепота.

— Ты хочешь поесть? – спросил Нед, заводя ее во внутрь.

Она отрицательно покачала головой – было невозможно даже думать о еде.

— Хорошо, — сказал он одобрительно. – Я тоже.

Шарлотта озиралась по сторонам, рассматривая внутреннее убранство дома. Это был не слишком большое жилье, но зато чрезвычайно изящное и уютное.

— Ты часто приезжаешь сюда? – спросила она.

— Я больше времени провожу в Лондоне, — объяснил он. – Но мы можем, если ты захочешь, бывать здесь чаще, чтобы быть поближе к твой семье.

— Я была бы рада – сказала она, прикусывая нижнюю губу, прежде чем добавить, — если тебе так будет удобно.

Он повел ее к лестнице.

— Что случилось с пламенем, на котором я женился? Шарлотта Торнтон, которую я знал, едва ли стала бы спрашивать моего разрешения на что-нибудь.

— Теперь, я стала Шарлоттой Блайдон, — сказала она, — и очень волнуюсь.

Они поднялись по лестнице на второй этаж, и он провел ее в комнату.

— Нет причины для волнения, — успокоил он.

— Совсем ничего нет?

— Ладно, но только совсем чуть-чуть, — согласился он.

— Только чуть-чуть? – с сомнением в голосе, спросила она.

Он кривовато улыбнулся.

— Очень хорошо. Есть много поводов для волнения. Я собираюсь тебе кое— что показать, — плотно закрывая за ними дверь, допустил он, — что для тебя было неизвестно.

Шарлотта помертвела – в суматохе дня ее мать забыла поговорить с ней о супружеских обязанностях жены.

— Сколько раз тебя целовали? – спросил он, снимая сюртук.

Она моргнула, удивленная его неожиданным вопросом.

— Только однажды, — призналась она.

— Думаю, что мною? – нежно спросил он.

— Прекрасно, — сказал он, развязывая галстук.

Она наблюдала, как его пальцы принялись расстегивать пуговицы на рубашке, и пересохшими губами сумела все же спросить:

— А сколько раз тебя целовали?

Ее глаза удивленно округлились.

— Как только я тебя поцеловал, — хрипло пояснил он, — то понял, что все остальные не имеют значения.

Это произвело впечатление удара молнии. Воздух в комнате наэлектрилизовался, и Шарлотта стала сомневаться в своей способности крепко стоять на ногах.