Расследования Берковича - 2

Дело ведет Горелик?

– Нет, Брискин, но тебе от этого не легче, – хмыкнул инспектор.

– Смерть Визеля действительно была естественной?

– Однозначно. Инфаркт. Случается даже с молодыми людьми, ничего не поделаешь.

– Я все же хотел бы послушать, что имеет сказать… э-э… Арончик.

– С вашего позволения, мое имя Арон Шикльгрубер, – заявил бродяга, приподнимаясь на стуле.

– Теперь ты понимаешь, Борис, почему этого типа все предпочитают звать только по имени? – ехидно спросил инспектор.

– М-м… да. Так что вы хотели сказать, господин… э-э… Арон?

– Сто шекелей, – потребовал однофамилец главного негодяя планеты.

– И ключ от квартиры? – произнес Беркович фразу, которую присутствующие не поняли. – Хватит с тебя пятьдесят.

Он достал бумажник и протянул Арончику купюру.

– Эй, – воскликнул инспектор, – что ты делаешь? Теперь он тебя достанет своей информацией!

Бродяга схватил купюру, рассмотрел на свет, сложил и спрятал в карман, больше похожий на дыру в одежде.

– Так вот, – сказал Арончик, глядя Берковичу в глаза и не обращая на Хутиэли никакого внимания, – в тот вечер в гостях у Моти были три его друга: Цахи, Реувен и Барак.

Цахи работает в компьютерной фирме, Барак – в каком-то министерстве, а Реувен – химик, причем, я слышал, гениальный. Впрочем, это и полиции известно. А неизвестно полиции, что Барак с Реувеном ненавидят Моти сильнее, чем моя бабушка ненавидела свою свекровь, упокой Господь ее душу.

– Почему? – быстро спросил Беркович.

– Старая история. Они вместе служили в Гивати. Была какая-то операция в Ливане, Реувен был ранен, Барак бросился его спасать и был ранен тоже.

А Моти струсил. Или хуже того. Я слышал о какой-то истории с девушкой… Моти за ней ухаживал, она предпочла Реувена… В общем, Реувен как-то сам говорил, что Моти намеренно не стал их спасать – воспользовался случаем и оставил умирать на поле боя. Негодяй, верно? Я бы на месте Реувена тоже захотел его убить.

– Если бы все было так, как ты говоришь, – вмешался инспектор, – в армии провели бы расследование, и Визель пошел бы под суд.

– О чем вы говорите? – Арончик даже не повернулся в сторону Хутиэли. – Конечно, расследование провели, но ничего не доказали. Реувен с Бараком не стали ворошить прошлое, а остальные солдаты просто не видели того, что происходило. Конечно, ни Реувен, ни Барак с Моти долгое время не поддерживали отношений. Но потом помирились – Моти сделал им очень выгодные страховки, видно, замаливал свой грех. Они опять начали бывать друг у друга.