Расстрелять или жениться?

Не сходила с ума от волнения и желания, не слышала слова любви. Точнее, эта версия событий теперь должна была остаться верной только для меня и Эрика. А в сознании остальных все должно было переписаться. И от понимания этого факта хотелось выть в голос.

Я солдат, а солдаты не плачут. Но сейчас я плакала. Горько. Навзрыд.

Такую вот рыдающую и обессилевшую меня нашла одна милая женщина, проходившая мимо. Пухленькая, с добродушным лицом и звонким голосочком. Она заохала, заахала, кое-как заставила меня подняться на ноги и повела в ближайшую таверну, хозяином которой был ее муж, что я поняла по щебетанию женщины.

Я не сопротивлялась, потому что сил - ни физических, ни моральных - у меня не было. Я была полностью  разбита, поэтому позволила усадить себя за стол и влить в меня бокал чего-то сладкого и крепкого. Такие хорошие эти хозяева были, что я решила не искать другое место, а остановиться прямо у них на время восстановления магического резерва. После этого обряда очищения магической искры и особенно после манипуляций с событиями прошлого мне было так плохо, что все равно нужно было где-то осесть на несколько дней, прийти в себя.

Хозяину таверны сказала, что меня бросил жених, и что мне хочется уединиться и погоревать вволю. Ну а что? Отчасти это правда, а хозяева таверны так расчувствовались, что пообещали мне носить еду прямо в комнату, если я не пожелаю выходить в обеденный зал. А я не пожелаю, конечно. Потому что сил моих не было смотреть на то, как другие радуются чему-то, когда я оплакиваю свою судьбу.

Наверное, с неделю я только и делала, что плакала, ела и спала. Больше всего на свете мне сейчас хотелось заявиться к Салливану и прижаться к его груди, но какой в этом смысл? Он меня не помнил, и не факт, что при следующей нашей встрече я его очарую. А я не готова была видеть его холодный безразличный взгляд. После той его пылкости, горячности, нежности - нет, не готова. Лучше уж вообще никогда больше не видеть, не знать. Восстановить магический фон, свалить домой и больше никогда не появляться в Лакоре.

Я даже в лавке Фила боялась появиться. Как напоминание о том, что он видел нас с Салливаном и был свидетелем всех случившихся событий, о которых сам больше не помнит. Посмотреть ему в глаза и услышать "Агнессочка, дорогая! Какими судьбами? Давно не виделись!.."? Ну нет, увольте... Не сейчас. И вообще - никогда. Прости, Фил, ты был хорошим другом, но я не могу...