Растопи мое сердце

Обмен «любезностями» прошел на ура, и я скривился, давая себе обещание, что однажды выбью из этого говнюка все его дерьмо.

Тогда я еще не знал, что судьба уже приготовила нам развеселую игру в одни ворота…

Глава 10 – Хочешь жить – умей вертеться

ТаяОсвежив на губах алую помаду и расправив воротник белой блузки, я еще раз пристально оглядела себя в зеркало дамской комнаты. Не сказать, что особо переживала насчет внешнего вида, скорее просто волновалась. Решила, что все-таки попробую откровенно поговорить с начальством, расскажу как есть – ничего не тая про Артема и интервью, которое взять у меня вряд ли получится.

Уж кто-кто, а этот надменный павлин, у которого мозги застряли между ног, точно не согласится помочь. Я поняла, что с ним вести переговоры себе дороже."

"Сделав глубокий вдох, я закрыла за собой дверь в туалет и направилась в зал, стуча каблучками. Меня встретил официант, любезно улыбнулся и проводил к столику, где уже по словам парня, минут как десять дожидался Григорий Григорьевич.

Он вальяжно развалился в кресле, широко расставив ноги, в руке держал бокал с виски.

– Добрый день, – я улыбнулась главреду, когда он встал при моем появлении, чтобы галантно отодвинуть мне кресло.

– Хорошо выглядишь, Тая, – он тоже выдал мне белозубую улыбку, скользнув при этом таким взглядом по моей фигуре, словно был голодным хищником, а я куском мяса. Типично мужским, короче.

– Спасибо, вы… тоже, – не поскупилась на комплимент я.

Взяла меню, которое официант оставил и чуть не ахнула от цен. Это ж сколько надо зарабатывать, чтобы хотя бы по пятницам ходить сюда поужинать. Мне даже как-то неловко сделалось, сразу прикинула, сколько на карточке осталось и потянуть я тут хотя бы чашку чая.

– Я угощаю, – словно считав мои эмоции, заявил Григорий Григорьевич.

– Не стоит, я…

– Грех не угостить хорошенькую девочку. Да и я уже заказал тебе салат и горячее.

– Но…

– Никаких но, Тая. Я настаиваю, – он протянул руку, хотя я бы сказала ручищу, на минуточку с обручальным кольцом на пальце, и положил ее поверх моей.

Внутри я вся сжалась от неприятного прикосновения. Ладонь у Полоцкого была холодная и потная, словно склизкий червяк. Бр-р! Я выдавила из себя скупую улыбку, честно выдержала пару секунд и максимально деликатно одернула руку. Еще этого мне для полного счастья не хватало.

– Что ж, спасибо, – сказала, откладывая меню.