Растопить сердце Не Дурнушки (СИ)

Выйдя, подумала, что теперь нужно купить и туфли, наряд ведь не полный, и замерла, увидев людей в чёрном, заполнивших весь салон!

– А вот и дочурка пожаловала, – произносит Григорий, рассматривая меня с ног до головы. – А брак тебе к лицу, как я погляжу. Жаль.

– Что ты здесь делаешь?

– Заговорила? – удивляется, а смотрит на Лизу, которая сидит на диване вместе с продавщицей и помощницами. Все выглядят испуганными, кроме матери. Она просто зла.

– Уходи! Мало ты боли принёс моей семье, так опять вернулся, – выплевывает мама, и Варшавский злится.

– Я уйду только с ней. Она виновата в моих бедах. Настроила моих парней против меня же! Думает, самая умная? Но нет! Я требую мести! – теперь на меня смотрят с таким гневом, что я понимаю, что у нас большие проблемы!

– Топай, Милада, пора нам поквитаться! – он знает моё настоящее имя? Хотя, конечно, он же меня и украл.

– Нет, я не отдам её! – заявляет Лиза, вставая, но один бугай силой усаживает её на место, а другой хватает меня и ведёт на выход.

– У тебя был выбор: я или твой Костя. Ты выбрала слизняка, вот и получай. Попрощайся с дочерью, Лизи, теперь навсегда!

– Сэр, надо поторопиться, люди ваших сыновей всё ещё ищут нас, – напоминает какой-то мужчина и кивает на выход.

– Нет! Неееееееет! – кричит мама и пробует снова кинуться ко мне, но мы уже выходим на улицу. Один из охранников крепко держит дверь. Меня же засовывают в машину, а я кидаю на мать последний грустный взгляд. Похоже, такова моя судьба: не воссоединиться с родными и не обрести счастье.

– Усыпите её, дорога дальняя, – слышу приказ Григория и только и успеваю заметить шприц, после чего ощущаю боль, и меня накрывает тьма.

И почему счастье не может быть у меня долгим? Что за подлость?

Проснулась как от толчка, вернее, меня разбудили, сильно толкнув в живот.

– Просыпайся, соня, хватит дрыхнуть, – произносит Григорий, и я нехотя, но повинуюсь.

Медленно сажусь, так как сильно гудит голова, и осматриваюсь. Небольшая пыльная комната без мебели, есть лишь матрас, на котором я сижу. Под потолком горит просто лапочка без люстры. С виду место заброшенное и старое. Но, несмотря на печальный вид помещения, я не связана и даже не ранена.

За окном рассвет, значит, прошло часов двенадцать, и это плохо.