Откуда тебе знать, какая трава как действует и какой от нее побочный эффект? Ты клинические испытания проводил? Или опираешься на высокие научные знания вроде «одна бабка сказала»?"
"– Тебе знакомы имена Гиппократа и Парацельса? – неподдельно улыбнулся «травник Иван».
– Парацельс – это не имя, а псевдоним. Но да, слышал.
– Я видел твой бой. Он впечатляет, – решил сменить тему отец Себастьян, боясь выдать себя беседами по опасным и скользким темам.
– Мой? Почему мой? – удивился Андрей.
– Я сидел на дереве и видел, как ты бился.
Очень достойно. Такой удар копьем!
– А что в нем такого?
– Ну… – замялся «травник Иван». – Я слышал, что такой в почете у рыцарей.
– Да ну, брось. Почему в почете? Обычный для них удар. Ничего особенного.
– Ты славно бился. Очень славно.
– Почем тебе знать?
– Я травник. Многое видел. Еще большее слышал.
– А я слышал, что когда рак свиснет, то мертвые в пляс пойдут, – фыркнул Андрей. – Люди горазды сказки рассказывать. И чем дурнее, тем веселее. Ибо человек слаб и падок до страстей и глупостей.
Ты меня еще рыцарем без страха и упрека назови.[42]
– Ты читал этот роман? – округлил глаза священник-доминиканец, исполнявший роль травника.
– А ты когда его успел прочесть? И откуда, друг мой, твой акцент? – прищурившись, спросил Андрей.
– Я долго жил в коронных землях. Приходилось пользовать и шляхтичей, – поспешно ответил травник, явно побледнев.
– А чего ушел?
– Паписты притесняли.
– А ты-то им чем помешал?
– Православный.
– Бараны, – буркнул Андрей, комментируя услышанное.
– Бараны? Почему?
– Слышал притчу про соломинку в чужом глазу?
– Доводилось.
– Вот – это про них. У самих черт знает что творится, а туда же – «несут свети истинной веры»! Тьфу ты, – сплюнул символически он, – балбесы. Ну или бараны. Хоть кол на голове теши.
– А что у них творится?
– Принцип единства Империи утрачен. Папа превратился в мелкого светского правителя, которому нет дела ни до чего, кроме своих ничтожных владений в Италии. Сидит у себя на вилле и наслаждается жизнью.
Бездельник. Протестанты же лезут отовсюду как грибы после дождя. Попытки как-то заткнуть им рот с помощью инквизиции только играют им на руку. Потому что рыба гниет с головы. И приказать считать всю эту вонь благоуханием нельзя. В общем, дело дрянь. Понятно, что Dum spiro, spero, но все очень плохо…
– Надежда есть, – наверное излишне твердо произнес «травник Иван», погрузившись в свои мысли.
– Есть. В конце концов, тебе лучше знать.
