Разбей сердце принцессы

Глаза – действительно мощное оружие, а когда они настолько прекрасны, как у него… Шансов не остаётся никаких.

Но он ничего не говорит. Вместо этого отводит взгляд, опустив голову, словно не желает меня видеть. Словно мой вид ему неприятен.

От этого я дико смущаюсь.

– Нужно ехать, – говорит Лэнс. – Давайте, ребята.

Мы выходим из дома, оказываясь перед двумя машинами. Гай тут же оповещает меня, что я поеду на заднем сиденье рядом с Софи и Нейтом, предварительно поинтересовавшись, устроит ли это меня. Конечно, я не могу возражать.

Да и я совсем не против.

В автомобиле мы умещаемся весьма удачно. Нейт сидит справа, Софи – слева. Парень не затыкается ни на минуту, болтая без умолку всю дорогу, и я неосознанно вспоминаю Вэнди и её схожую любовь к бесполезному трёпу. Из них вышла бы неплохая пара.

Доезжаем мы до пункта назначения за пару минут, даже быстрее, чем я думала. Лэнс останавливается перед небольшим зданием кафе, которое так и манит войти аппетитными ароматами, сочащимися из окон.

Мы выбираемся из машины, и я тут же принимаюсь оглядывать всё вокруг.

Полдень стоит прекрасный и тихий. Солнце не слишком яркое, ветра практически нет. Небо такое ясное, что его легко можно было бы принять за нарисованную кем-то картину.

– Какая чудесная погода! – замечает Софи, направляясь к входу в кафе.

Она успевает и меня взять за руку, чтобы я не потерялась, словно маленький ребёнок.

Мы входим в уютное помещение, выполненное в цветах слоновой кости. Людей мало, так что шума меньше.

Уже с порога нас приветствует миловидная крошечная официантка, ярко улыбаясь. Она спрашивает, где бы мы хотели сесть, но её перебивает мужской голос.

– Эй, придурки! – окликает нас кто-то с другой стороны зала. Человек машет рукой, привлекая наше внимание, и я понимаю, что это Зак… Или Скотт… До сих пор это не выяснила. – Сюда!

– Вот наши друзья, – указав в сторону зовущего нас парня, говорит Лэнс, и официантка уходит, кивнув.

Мы проходим к столу, за которым я обнаруживаю ещё одного незнакомца в тёмных очках.

Весь его вид такой уставший, словно он пару недель не знает, что такое сон. У него отросшие светло-каштановые волосы, слегка переходящие границу ушей, сжатые губы и неустанно теребящие край салфетки пальцы. Когда он замечает нас, он снимает свои очки, направив взгляд ярко-голубых глаз, обведённых чёрными тенями, в нашу сторону.

– Блядь, явились! – произносит всё тот же Зак, встав с места и дружески обнимая пришедших друзей.