Разбей сердце принцессы

– Милая… – Мама улыбается при виде меня, тут же извиняется перед гостями и спешит ко мне, выталкивая обратно в коридор.

Она закрывает дверь за собой и тихо обращается ко мне:

– Лина, у нас гости. Горничная не сообщила, что я велела тебе переодеться? Иди переодевайся и выходи к нам.

– Кто это? – грубо спрашиваю я.

– Я поняла это. Но мне хотелось бы подробностей.

– Давай ты выполнишь мою просьбу, а затем я тебя с ними познакомлю?

– Нет. Я никуда не пойду, пока ты не сообщишь мне, кто эти люди.

Вижу, как мама раздражается на моё недовольство, как она еле держится, чтобы не повысить на меня голос, который очень странно звучал бы на фоне тишины и обязательно донёсся бы до пьющих чай гостей за дверью.

– Это Гелдофы и их сын. Мои очень хорошие друзья. Я не понимаю, почему тебя это так волнует?

– Потому, что вы обсуждаете меня с тем парнем…

– Что в этом такого? Логан очень хороший мальчик, очень приличный и…

– Зачем ты мне это рассказываешь?

Мама замолкает и становится серьёзной.

– Лина, – начинает она осторожно, – я решила, что тебе уже пора повзрослеть. Да и произошедшее в общежитии… Оно лишь подтолкнуло меня ещё больше. Тебе нужен кто-то рядом. Кто-то, кто сможет тебя оберегать и защищать… Любить.

От её слов подкатывает очень неприятное ощущение к горлу.

– То есть ты сейчас говоришь о том парне? – Стараюсь не сильно повышать голос, однако всё же нотки раздражения пробиваются.

– Да, милая. Я о Логане.

Меня охватывает невыносимый ступор, сковывающий всё тело. Не могу поверить в услышанное и едва не кричу во всё горло, когда возмущённо произношу:

Мама хочет заткнуть меня и громко шикает, но я уже не контролирую себя и отдаюсь порыву гнева.

– Я поверить не могу, что ты действительно решила сейчас за моей спиной предлагать меня кому-то как невесту! Какому-то проходимцу!

– Каталина, я уже тебе сказала, Логан – сын моих друзей, а вовсе никакой не проходимец.

Мягкое выражение лица мамы, старающейся говорить осторожно и угодить мне, тут же сменяется на строгое и злое. Вижу, как раздражение начинает овладевать ею. А ещё мама ненавидит, когда на неё повышают голос. Я практически нарушаю самое важное правило касаемо воспитания: смею повышать голос на человека, который вдвое старше меня, да ещё и на родителя.

– Мам, а мне наплевать, чей он сын! – я продолжаю, не собираясь отступать.