Раздевайся, Семёнова!

В общем, пока что самым сложным компонентом вечера, похоже, что было свободное общение в начале вечера, но и тут была для меня лазейка – после формального «смолл тока»[2], при желании, можно было легко сменить собеседников – увидел кого-то, помахал рукой и валяй, присоединяйся к новой компании.

Весь оставшийся путь я послушно пыталась отвечать на вопросы, который Виктор задавал мне по-английски, мило улыбалась и даже задавала встречные.

– Не бойся говорить с акцентом, – внушал он мне. – Не бойся ошибок и неправильных времен глаголов.

Во-первых, красивой женщине в вечернем платье простят практически все… ну, кроме некорректных анекдотов про геев… Но вот это-то тебе как раз и не грозит, потому что ты вообще не осилишь никаких анекдотов… А во-вторых, сегодня модно быть богатым иммигрантом, плохо говорящим по-английски. Если что-то не поняла, неопределенно кивай и отвечай – «yeah, you’re right…» или «absolutely!» И глаза эдак в сторону – будто ты сегодня рассеяна... Ну и за интонациями следи, за выражениями лица – англичане, несмотря на чопорность, довольно экспрессивны, только нужно научиться определять их эмоции…

Роскошный банкетный холл, арендованный «Неотеком», встретил нас приглушенными огнями, ненавязчивым, живым блюзом в исполнении квартета, и темной сценой, на которой велись какие-то приготовления – то ли к приветственному докладу Знаменского, то ли к концерту.

Дамы в платьях, ничуть не хуже моего, плавали по отполированному паркетному полу, перемещаясь от одной маленькой группки в другую, их грузноватые кавалеры с одинаково плохими зубами молча и степенно раскланивались друг с другом, предоставляя своим спутницам всю инициативу в общении.

Идеальная атмосфера, чтобы спокойно влиться в общество. Казалось, если не присоединяться ни к какой компании, никто не обратит на тебя внимания и можно весь вечер провести, фланируя по роскошному помещению и делая вид, что развлекаешься...

Да, поначалу, нам со Знаменским действительно позволили расслабиться и даже выпить по бокальчику бодрящей шипучки.

- Не радуйся, сейчас начнется, - предупредил меня Виктор. – И это они еще не знают, что я тут сегодня за тамаду. А когда узнают, будет совсем жарко…

Он оказался прав. Ощущение изначального покоя было, по всей видимости, частью ритуала, позволяющего гостям привыкнуть к обществу без лишнего внимания к их персонам. Но как только я немного подуспокоилась и перестала виснуть у Знаменского на локте, меня тут же «похитили».

– Ничего не бойся.