Раздевайся, Семёнова!

Оказалось, что все это цветочки – по сравнению с тем, как сильно меня будет трясти перед семинаром по «анализу и планированию бизнеса», который вел по понедельникам никто иной как сам Виктор Алексеевич Знаменский.

Думать о нем я могла теперь исключительно в сексуально-эротическом контексте – причем, долго сама не могла понять, приятно мне от этих мыслей или нет. В конце концов решила, что нет. Что ж тут приятного, когда тебя во-первых бросили, а во-вторых, ты сама не знаешь плохо тебе от этого или хорошо. К тому же, теперь я еще боялась того, что может произойти, если он все-таки вознамерится лишить меня девственности.

Одно было ясно – как прежде спокойно и безмятежно посещать лекции Знаменского я уже не смогу. А уж тем более семинары, во время которых всю группу, все двадцать человек, усаживали за длинный, овальный стол с учителем во главе – создавая ощущение планерки в какой-нибудь крупной фирме.

­– Ты представляешь, он опять заловил меня в коридоре! – гордым шепотом рассказывала мне Юлька, пока мы рассаживались и доставали учебные пособия.

– И что говорит твой Ложкин? Серенады поет? – нервно поглядывая на дверь, поинтересовалась я. Мне было совсем не до Ложкина с его извинениями, но хоть как-то отвлекусь со всеми этими интригами… А то уже зубы стучат от страха.

– С него станется.

У меня что-то щелкнуло в голове, и я подняла на нее озабоченный взгляд – уж больно не понравился мне этот довольный тон. Будто кошка сметаной облизнулась.

– Надеюсь, ты не собираешься его прощать?

– Да ты что… – она отмахнулась, но уж больно как-то… наигранно… Да еще и в глаза мне не смотрела. – Нужен он мне...

Я всерьез забеспокоилась и, забыв на мгновение о собственных проблемах, зашептала ей в ухо.

– Юль, что бы он там тебе не наговорил, это ж ежу понятно, что он просто пытается влезть к тебе в доверие.

– Ой, вы посмотрите на нее – специалист по «кое-куда» нашелся…

Она немного возвысила голос, и я невольно сделала тоже самое.

– Специалист-не специалист, а хлебнула этого самого «кое-куда» по самое не могу. И знаешь, что я тебе скажу?

– Что? – Юлька насмешливо глядела на меня из-под ресниц. Подозрительно густо накрашенных.

– А то, что все они одинаковые – вот что! Мужики эти. Все, как один – лживые и подлые.