Раздевайся, тебе понравится!

— Все. Было.

— Кажется, ты не так поняла значение выражения на полшишечки! Я вот это имел в виду! — поймал ладонь Арины и разместил на ноющий от возбуждения пах.

— Тут на полшишечки не получится. Агрегат явно претендует на большее.

— Утолишь мой голод? Только ты способна, любимая… — задышал чаще.

— Поехали домой! Если хочешь посмотреть на наших крошек, будешь вести себя прилично.

— Есть вести себя прилично!

Вывел Арину под руку, невероятно гордый собой. Два брата-акробата сидели в соседней комнате и пили пиво, продолжая сидеть в белых халатах, но уже смыли с лица маски.

Насколько я понял, Якуб, как мог, поддерживал Арину, можно даже сказать, развлекал. Но все равно я подозревал его в отнюдь неплатонической дружбе, поэтому тайком от Арины показал ему кулак.

— Сука неблагодарная! — едва слышно прошипел Якуб в ответ. — Хоть бы спасибо сказал! — сделал вид, что обиделся, но веселый взгляд выдавал его с головой.

— Игнат, я хочу домой. Спасибо, мальчики, что развеселили меня! — махнула на прощание ладошкой.

— Подумай над моим предложением, — подмигнул Адам.

Я сделал шаг вперед, Арина опустила ладонь на мою грудь.

— Нам пора домой, Игнат. Твои друзья специально тебя злят и подтрунивают над тобой, ревнивец.

— Еще какой ревнивец и убивец, если на то пошло! — напомнил друзьям о пистолете.

— Иди уже… — почти одновременно ответили братья. — Доброй ночи! — оскалился Якуб. — И жаркой?

— Не твое дело! Свою красотку найди и устраивай с ней все, что душе угодно.

— Может быть, и найдется та самая единственная, но я чувствую — еще рано! — заломил ладони за шею.

— Скорее мой брат рак победит, прежде чем я свою половинку найду.

— Ну-ну! — мрачно хмыкнул Адам. — Ставлю наоборот.

— Всегда так. Лишь бы поперек моего слова!

— Спорим?

— А давай! — Якуб азартно хлопнул по ладони Адама. — Игнат, разбей, а? Аришка, ты свидетельница!

— Дурацкий же спор!

— Но-но! Ты хоть и Богиня, но в мужских спорах малость не понимаешь. Спор — святое! Разбей, Игнат!

— Да с удовольствием! — рубанул по ладоням.

— Лишь бы поскорее отсюда убраться, — пробурчал себе под нос. — Все, покеда!

Дорога до дома казалась пыткой. Арина пыталась сдержать мои приставания, я лез к ней на заднем сиденье, словно кот, учуявший запах валерианки, потом, сдавшись на милость жены, упал на коленки и заснул, кажется, даже захрапел! Очнулся и первое, что увидел, это внимательный взгляд жены, светившийся любовью и вниманием.

— Я долго дрых? — спросил пересохшим голосом. — И машина стоит.