Разрешаю смотреть

Это самый распространенный и универсальный вопрос, которым пользуются интервьюеры. Когда-нибудь я стану журналистом, поэтому практикуюсь при любом удобном случае.

Возвращаюсь домой почти в два ночи. Мартин предложил подвезти, и это было очень любезно с его стороны, потому что у моего “кузена” явно нашлись дела поважнее, чем вернуть меня домой в целости и сохранности.

И я всерьёз планирую потребовать объяснений!

Глава 3

— Салют, То-ня!

Подняв глаза от книги, сдвигаю солнечные очки на кончик носа.

Рядом с моим шезлонгом, загадочно улыбаясь, возвышается Алекс Немцев.

На протянутой ко мне ладони пристроен маленький золотистый круглый поднос, а на подносе красуется набитый льдом, ломтиками лайма и трубочками стакан.

Это парень далеко пойдёт…"

"Как минимум он копия своего отца, а Макс Немцев — привлекательный мужчина, и чтобы это понять, к нему не нужно присматриваться лишний раз… в отличие от кое-кого. Двадцать пятым кадром в голове проносится черноглазое лицо его ужасного и странного брата.

Со всеми его нескладными чертами. Я не видела его с тех пор, как он скрылся в тумане в обнимку с этой идеальной Евой. Может быть, он стёр об неё все свои причиндалы, поэтому забыл о моём существовании? От амнезии хорошо помогает апельсиновый фреш, особенно если вылить его себе на голову!

Захлопнув книгу, мило улыбаюсь:

— Бонжорно, Алехандро. Это мне?

— Си, белла… — Изображая официанта и стреляя фамильными зелёными глазами, склоняется ко мне вместе с подносом.

Забираю стакан и делаю глоток через трубочку.

Восхитительно. Ледяная мешанина стекает по горлу, и я от удовольствия демонстративно закатываю глаза.

Зажав поднос под мышкой и засунув руки в карманы пляжных шорт с пальмами, Алекс раскачивается на пятках.

Махнув рукой, предлагаю ему составить мне компанию.

— Ты не видел мою сестру? — спрашиваю, возвращая на место очки.

Улыбка парня становится кислой.

Надеюсь, я не дожила до того дня, когда мы с сестрой рассоримся из-за внимания мужчины, пусть и тринадцатилетнего.

Улёгшись на соседний шезлонг, закидывает за голову руки, бросая:

— Она уехала с ма и ба в город. Полтора часа назад.

Отлично. Можно было и предупредить. По крайней мере, это объясняет, почему, проснувшись в одиннадцать утра, я обнаружила себя в безлюдном вымершем доме.

Подтянув к груди ноги, прячу стопы в тень зонта. Солнце здесь как прицельный укол ультрафиолета, а моей коже он вообще противопоказан, хотя я и намазалась с ног до головы кремом.