Разрешаю смотреть

"

"Немцев без резких движений наклоняется над полом и собирает ножи один за одним. Выпрямившись, протягивает мне приборы, тихо замечая:

— Если собираешься ещё что-нибудь уронить, роняй, пока я здесь.

Его глаза заглядывают в мои, и теперь мне самой жизненно необходимо куда-нибудь их спрятать!

Забираю у него приборы, пробормотав:

— М-м-м… можешь быть свободен…

— Помочь с посудой?

Покосившись на обеденный стол, чувствую, как начинают полыхать щёки. Чувствую его взгляд на своём лице, а ещё чувствую его запах. По моим рукам бегут мурашки, и мне вдруг становится немного страшно, потому что я его совсем не знаю, но совершенно точно хочу узнать.

Боже, это плохая идея…

Отчего-то мне кажется, что этот урюк не совсем тот человек, с которым можно закрутить обыкновенный курортный роман… просто он так на меня смотрит, будто, если дам ему руку, он оттяпает её по самый локоть.

Возможно… я позволю ему сводить себя на свидание. Только возможно!

Отвернувшись, беру с подставки тарелку и несу к столу вместе с чистыми приборами и салфетками.

— Твои странные котлеты в холодильнике, — говорю, обернувшись и смерив его с головы до ног независимым взглядом.

Прикусив губу и поколебавшись секунду, ставлю чистую тарелку прямо напротив себя, потому что всё ещё планирую придерживаться плана, который гласит: “я ничего не помню, ничего не видела и вообще это была не я”.

Усевшись на место, принимается за свою особенную еду, по традиции глядя строго перед собой и не принимая участия в разговоре.

Очевидно, правило про глухоту и немоту за столом он усвоил в детстве на пять с плюсом!

Тоже пытаюсь поесть.

— Мы сегодня играем? — громко спрашивает Алекс, а я резко вскидываю глаза, потому что под столом моей босой стопы только что коснулась чужая туфля.

Смотрю на его дядюшку, но тот по-прежнему в своей тарелке.

— В душ только схожу, — отвечает он.

— Во что играете? — Вытягиваю под столом ноги, задевая прохладную ткань серых брюк.

Закусив губу, вижу, как дергается кадык нашего вегетарианца, а чёрные глаза перемещаются к моему лицу.

Чёрт…

Мы только что обозначили новые правила игры?

— В Мортал Комбат, — поясняет Алекс. — Это не для девчонок, мон шерри.

— Я тоже хочу… — хнычет Сеня, слизывая молочные усы и с мольбой глядя на мать.

— У тебя в девять отбой, и у меня сегодня тоже, — зевает Женя.

— Я не хочу спать! — возмущается самый маленький Немцев.

— Тебе это кажется… — отмахивается она.

— Мы тоже сыграем, — объявляю, хлопнув в ладоши.

Сегодня я… не хочу выходить из дома.