Помассировав пальцами виски, смотрю на сидящих напротив меня на горшках мальчишек.
– Все? – спрашиваю у обоих.
Надувшись и глядя в противоположные друг от друга стороны, они молчат. У нас случился конфликт с применением физической силы перед тем, как позвонила Юля.
Ромка нашел мягкого котенка в ящике с игрушками, который тут же срочно понадобился Арсению. Поделить его мирно не получилось – завязалась драка. Арс, повалив брата, вцепился в его кудряшки. Ромке пришлось сделать то же самое.
Кое-как разняв их, я сделала строгий выговор и провела профилактическую беседу.
Котенок, до тех пор, пока они не научаться делиться игрушками, отправился на верхнюю полку в шкафу.
Без слез и взаимных обид, конечно, не обошлось, но я знаю, что уже через полчаса они все забудут и снова станут не разлей вода.
– Арсений! – строго грожу пальцем, когда замечаю, как он, выдвинув ногу, пытается пихнуть ею своего брата, – Я все вижу!
Оставшееся до возвращения мамы с работы время я занимаюсь приготовлением ужина.
Мальчишки, сидя в своих стульчиках, мусолят домашнее морковное печенье в молоке.
На мой телефон падают несколько будничных сообщений от Арины, затем ссылка от Юли на объявление о сдаче двухкомнатной квартиры в соседнем спальном районе. А потом он начинает звонить, и по цифрам я узнаю номер Лешки.
Вздрагиваю, ощущая нечто похожее на прицельный выстрел в грудь. Чувствуя несильное головокружение, прикрываю глаза. Выброс жара изнутри нагревает щеки до ощущения жжения.
– Тшш… – обращаюсь к сыновьям, приставляя указательный палец к губам, и принимаю вызов, – Да?.
.
– Здравствуй, – раздается в динамике голос Денежко.
Хриплый и какой-то обреченный. Голос человека, убитого осознанием свершившейся катастрофы.
Мое сердце сжимается в тисках.
– Здравствуй, – отвечаю тихо.
– Завтра в десять нужно будет сделать тест днк, – говорит он и называет адрес лаборатории, в которой делал экспертизу Станис.
Меня затапливает стыдом с макушки до пят.
– Уже завтра?..
– Какие-то проблемы? – уточняет тут же.
В этот момент Рома окунает печенье в теплое молоко, и добрая его половина остается в стакане.
– Ма-ам… – тянет громко и хмурит бровки, показывая мне оставшийся в его руке маленький кусочек.
В трубке повисает тишина. Я дышу часто и поверхностно.
– Н-нет… никаких проблем. Мы приедем.
– Хорошо, – отвечает глухо и отключается.
Я кладу телефон на стол, прикладываю ладони к пылающему лицу, а потом выдаю мальчишкам еще по печенью.
