Но теперь я не вижу своего будущего без Рида, однако предстоящий нам путь угнетает, и надо мной снова нависает сокрушительное чувство одиночества, с которым я жила после маминой смерти.
Если я потеряю и Рида, то не знаю, как смогу с этим справиться.
Борясь с нахлынувшей паникой, я сажусь на колени на кровати рядом с ним.
– Давай убежим. Прямо сейчас. Только заберем мой рюкзак и сбежим отсюда.
Он выглядит разочарованным.
– Я не могу. Я люблю тебя, Элла, но уже говорил: бегство не избавит нас от всего этого. Будет только хуже, если я сбегу.
Мы никогда больше не сможем увидеться с моей семьей, будем жить в вечном страхе, что нас поймают. Я люблю тебя, – повторяет он, – но мы не можем сбежать.
Глава 26
РидКогда на следующий день я возвращаюсь из школы, в гостиной уже сидит Хальстон Гриер. Вчерашнее свидание с Эллой, даже несмотря на секс, было пронизано болезненным напряжением, и теперь я вдруг понимаю, почему.
Что бы мы ни делали, тень этого дела будет висеть над нашими головами до тех пор, пока все это дерьмо не разрешится.
– Новые свидетельские показания? – В мой вопрос просочилось куда больше яда, чем я планировал.
Гриер и папа обмениваются тяжелыми взглядами, и отец поднимается на ноги. Он хватает меня за плечи и притягивает к себе, как будто ему хочется обнять меня, но вдруг останавливается.
– Я поддержу любое твое решение, – угрюмо говорит он и выходит из комнаты.
Гриер молча показывает на диван. Он ждет, пока я сяду, а потом вытаскивает из дипломата, стоящего на полу возле его ног, лист с протоколом свидетельского допроса.
Если я больше никогда не увижу очередную копию, то умру счастливым.
Адвокат, подавшись вперед, протягивает мне лист с показаниями.
– Больше не будете читать мне вслух? – спрашиваю я и пробегаю глазами по шапке документа, где сказано, что это свидетельские показания некой Руби Майерс.
– Никогда о ней не слышал. Это чья-то мама? – Я пытаюсь припомнить, знаю ли кого-то с такой фамилией. – В одиннадцатом классе учится какой-то Майерс.
По-моему, он играет в лакросс…
– Просто прочти.
Я усаживаюсь поудобнее и принимаюсь читать аккуратно напечатанные слова.
Я, Руби Майерс, осознавая возможность наказания за лжесвидетельство, подтверждаю, что все нижеприведенные факты являются подлинным и точным изложением известной мне информации.
Мне уже есть восемнадцать лет, и я имею право давать показания по собственной воле.
Я проживаю по адресу: Эйт-стрит, дом 1501, квартира 5б, Бэйвью, Северная Каролина.
