У Брук не было друзей.
– Но у нее были враги – ты это хочешь сказать, верно?
Элла открывает поисковый сайт и печатает имя Брук. Появляется миллион результатов о миллионе других Брук Дэвидсон."
"– Значит, нам надо просто выяснить, кто именно эти враги.
Я сажусь, опираясь на локти.
– Ты теперь у нас Лоис Лейн?[3] Собираешься сама раскрыть это преступление?
– А у тебя есть идея получше? – отвечает Элла вопросом на вопрос.
Я вздыхаю.
– У папы есть частные детективы. Они нашли тебя, помнишь?
Рука Эллы застывает над мышкой, но лишь на секунду, и она кликает на ссылку, чтобы открыть страницу Брук на Facebook.
Пока страница загружается, она в задумчивости глядит на меня, а потом объявляет:
– Похороны.
– Что похороны? – с опаской спрашиваю я.
Мне не нравится ход ее мыслей.
– Думаю, ты должен пойти на них.
Я рывком сажусь ровно.
– Ни за что. Гриер сказал, что нам нельзя там появляться.
– Нет, он сказал, что тебе нельзя там появляться.
– Ее взгляд снова опускается на экран. – Эй, а ты знал, что у Брук была степень бакалавра искусств и она училась в университете Северной Каролины?
Я не обращаю внимания на эту бесполезную информацию.
– Ты не пойдешь на похороны, Элла, – грозно говорю я.
– Почему нет? Так я лучше всего пойму, с кем была близка Брук. Посмотрю, кто еще придет и… – Она ахает. – А если придет и убийца?
Закрыв глаза, я пытаюсь сохранять терпение.
– Детка. – Открываю глаза. – Ты серьезно думаешь, что тот, кто убил Брук, появится и скажет: «Привет, ребята! Я и есть убийца!»?
В ее глазах вспыхивает возмущение.
– Ну конечно, нет. А ты разве не смотрел все эти документальные фильмы по телику? Комментаторы из ФБР всегда говорят о том, что убийцы возвращаются на места своих преступлений или приходят на похороны жертвы, чтобы подразнить полицию.
Я в изумлении смотрю на нее, но она уже снова погрузилась в ноутбук.
– Я не хочу, чтобы ты шла на похороны, – говорю я, стиснув зубы.
Элла даже не смотрит на меня, когда отвечает:
– Что ж, сочувствую, но это твои проблемы.
Глава 11
Элла– Ты убила монашку ради этого прикида? – спрашивает Истон, когда ранним воскресным утром я залезаю в его пикап.
Я хлопаю рукой по приборной панели.
– Заткнись, и поехали.
Он послушно заводит мотор и направляет машину к массивным железным воротам, которые отгораживают особняк от главной дороги.
