В доме пахло хвойным освежителем воздуха, и мои кроссовки скрипели о полированный пол, пока я искала отца.
Во вторник у него был день рождения. Но из-за учебы, работы и назначенной на тот день фотосессии я решила сделать ему сюрприз сегодня и привезти его любимый торт.
Я услышала какие-то звуки из комнаты отдыха, отправилась туда и обнаружила папу за заваленным бумагами столом в углу.
– Привет, пап, – я сбросила с плеча лямку кожаной сумки и позволила ей упасть к ногам.
Он поднял взгляд и посмотрел на меня с большим удивлением.
– Ава. Не знал, что ты приедешь на этих выходных.
Майкла Чена нельзя было назвать красавцем в привычном смысле этого слова, но мне он всегда казался привлекательным – все маленькие девочки считают своих пап красивыми. Черные волосы с сединой на висках, широкие плечи и легкая щетина на подбородке. На нем было полосатое поло и джинсы – обычная для него одежда, а на переносице виднелись тонкие проволочные очки.
– Я и не планирую. Ну, не на все выходные, – я смущенно улыбнулась.
– Просто решила заскочить и поздравить тебя с наступающим днем рождения, – я опустила на стол коробку с тортом. – Прости, что мы с Джошем не сможем приехать на сам день рождения, но вот твой любимый чизкейк.
– Ой. Спасибо.
Он посмотрел на коробку, но к ней не прикоснулся.
Я в неловком молчании переминалась с ноги на ногу.
Мы никогда не умели друг с другом говорить. К счастью, у нас был Джош, который заполнял пустоту болтовней об учебе на медицинском, спорте и его последнем адреналиновом приключении.
Скайдайвинг, банджи-джампинг, зиплайн – он пробовал все.
Но сейчас Джош был в Центральной Америке, и я осознала, как мало у нас с папой общих тем. Когда мы в последний раз разговаривали наедине по душам?
Возможно, когда мне было четырнадцать, и он рассказывал мне, что случилось с мамой.
– Не понимаю, – нахмурилась я. – Ты же говорил, мама умерла из-за проблем с сердцем."
"Я не помнила маму. Я вообще ничего не помнила из раннего детства – лишь мимолетные мгновения, возникающие в голове в самые неожиданные моменты, – отрывок колыбельной, плеск воды, крики и смех, поцарапанная после падения с велосипеда коленка.
Но фрагменты прошлого были слишком короткими и обрывочными.
Разумеется, еще были мои кошмары, но о них я старалась думать лишь в кабинете у психотерапевта, и то вынужденно. Фиби, мой доктор, считала кошмары ключом к подавленным воспоминаниям.
