Разведчик. Заброшенный в 43-й

Донага раздевшись, он сначала отстирал форму, выложив из карманов содержимое, потом обмылся сам. Вода была холодной, и к концу процедуры у него зуб на зуб не попадал.

Выбравшись на траву, Игорь аккуратно разложил мундир и оставил его сушиться. Достал из ранца фляжку с коньяком и сделал пару крупных глотков – согреться.

Солнце уже стояло в зените, когда мундир подсох. Волгловат был, но ничего, на теле досохнет, не лежать же ему здесь до вечера. Уходило драгоценное время, а он как был далеко от места назначения, так и остался.

Одевшись, Игорь взялся за ранец. Задание по-любому сорвано, и надо посмотреть, что за пакеты ему дали, что там? Ножом он вскрыл один и застыл в удивлении – деньги! И много! Да не оккупационные фантики – немецкие рейхсмарки! Причем деньги, уже бывшие в обращении, потертые!

Игорь задумался. Судя по всему, деньги предназначались для подкупа австрийца, о котором говорил подполковник. Денег много, пакет увесистый.

А если ему повезет и он вернется в разведотдел, там его точно шлепнут.

Спросят – куда деньги дел? Ой, мама! Влип по полной! Да тьфу на них! Деньги – это всего лишь бумажки, главное – приказ выполнить. Доберется он до Минска и деньги передаст капитану разведуправления. А что пакет вскрыл – так виноват! Деньги пусть пересчитают, он ни одной рейхсмарки себе не взял. Да и где их тратить, в лесу? Однако на сердце кошки скребли. Не заладилось с самого начала – плохая примета.

Прикинув по солнцу и растительности стороны света, Игорь двинулся на запад. Ему бы сейчас на дорогу выйти, на попутку сесть.

В одиночку по дорогам передвигаться опасно, можно пулю партизанскую поймать.

Слева раздался паровозный гудок, и Игорь удивился: оказывается – железная дорога близко. Туда он и свернул. Через полчаса выбрался к разъезду. На путях пусто, но рельсы блестят, стало быть – движение оживленное, стоит подождать. Пассажирские поезда по случаю войны не ходят, а вот на воинские можно попробовать сесть. К фронту идут эшелоны с боевой техникой, войсками, и обычно они охраняются тщательно.

А назад, в тыл, гонят порожняк или везут подбитую технику на заводской ремонт. Мелкий ремонт вроде замены катков, гусениц и вооружения производят полевые мастерские – почти половина техники так восстанавливается. А тот, что посложнее и требует специального оборудования, производится в тылу. Вот такой поезд Игорь и поджидал. Ведь, судя по схеме железных дорог, все поезда должны были следовать через Минск. И без остановок не пройдут.