Граната ударила в центр двери, и изо всех щелей башни рвануло пламя.
– Ты гляди, а! Небольшая штуковина вроде, а что творит! – восхитился морпех, который принес фаустпатроны. – Теперь я, ты подскажи только…
Игорь показал, как пользоваться фаустпатроном. Еще несколько братишек внимательно наблюдали за его действиями. Оружие компактное, но мощное, в наших войсках аналогов ему не было.
А знания за плечами не носить, вдруг пригодятся?
Морпех кивнул:
– Понял! Разойдись! – и сам выстрелил по двери. Правда, угодил в самый верх, но эффект оказался не хуже. Рвануло пламя, дверь сорвало с петель, и она с тяжким грохотом свалилась на бетон.
Морпехи рванулись к башне. Вбежав, они увидели трупы, тлеющую одежду на них. Горело все, что только могло гореть…
И вдруг раздался истошный крик одного из морпехов:
– Разбегайся, братва! На лотке снаряд лежит, а рядом горит что-то!
Морпехи побежали в разные стороны.
Снаряд был крупнокалиберный, и если рванет, мало никому не покажется. Но отбежать на безопасное расстояние успели не все…
Снаряд взорвался в башне. Грохот, огонь, желтый от тротила дым… Башню подбросило и опрокинуло набок.
Ударной волной Игоря ударило в спину, он упал и потерял сознание. Как ему показалось – ненадолго.
Открыв глаза, он с удивлением увидел над собой белый потолок. Догадался – он в госпитале. Но почему в лицо бьет яркий свет лампы, а над ним склонился врач в белом халате и маске?
– Вам нехорошо? Вы же говорили – аллергии на анестетики у вас нет?
– Не было.
– Игорь едва шевелил занемевшими губами.
– Мне недолго осталось, потерпите.
В голове у Игоря был полный сумбур. А где морпехи, Пиллау? Отец привел его в стоматологическую клинику, но это было так давно! Или не было, или все это ему привиделось из-за той же анестезии? Да все равно, главное – жив!"
