Разведчики времени

И хотя она не так уж долго обучалась сценической речи, она была готова поспорить на все что угодно, что это произношение было у него природным, а не заученным.

— Как ты это сделал?

— Сделал что? — Он снова заговорил по-американски, причем его произношение вновь стало столь же истинно американским, как зимы в Миннесоте.

— Говорил, как настоящий британец? Я думала, ты американец.

Малькольм улыбнулся:

— Вот и отлично. Я много работал над своим произношением. Отправляться в Нижнее Время в Денвер с британским выговором — не самая удачная идея.

Марго, почти не дыша, переспросила:

— Потоп? Тот, что был после Происшествия?

Малькольм потер за ухом.

— Да. Я был тогда еще ребенком. Мы жили в Брайтоне, ну, знаешь, на побережье. Каждое лето мы содержали там маленький пансион для туристов. Моей семье еще повезло, мы потеряли лишь моего старшего брата, когда наш дом смыло в море.

Марго не знала, что и сказать. Побережье Англии было опустошено приливными волнами. Прибрежным районам по всему миру крепко досталось. Несколько десятков крупных городов превратились в руины, и все усиливающийся хаос, свирепые эпидемии и голод навсегда изменили мировую политику. Марго была тогда слишком мала, чтобы все это запомнить. Она порой забывала, что большинство людей на этом Вокзале Времени действительно помнят, каким был мир до Врат и того несчастного случая, который их породил.

Ее вдруг внезапно озарило: а не потому ли ее отец стал таким, каким она его знала? Может, он все это время чувствовал себя виновным в смерти ее брата, а затем обнаружил, что не в силах приспособиться к изменившемуся миру? Ее передернуло, ей не хотелось сочувствовать отцу, но что-то в голосе Малькольма напомнило ей отца, когда тот бывал почти трезв. Его взгляд в те редкие минуты выражал то же отчаянное нежелание вспоминать прошлое, которое она сейчас прочла в темных глазах Малькольма.

— Прости, Малькольм. Я не знала. Он с усилием улыбнулся:

— Да откуда тебе знать? Не застревай на этом. Я стараюсь не растравлять воспоминания. Ну, так о чем шла речь? Ах да, о моем происхождении. Мои знакомые в Нижнем Времени считают меня джентльменом из Британского Гондураса, без семьи или повседневной работы, которая могла бы отвлечь меня от подобающего джентльмену образа жизни.