Разведчики времени

Может, потому-то они так редко встречаются сейчас — генофонд был обеднен сжиганием рыжих на кострах. Хорошо, Марго, давай-ка начнем. Малькольм, ты пока посиди в приемной, это потребует времени.

— Ничуть. И вам придется подкрашивать корни волос раз в месяц.

— Но… но… — Похоже, что в последнее время это стало единственным словом, которое Марго была в состоянии выговорить.

Спустя три часа Марго вышла из кабинета, жалкая, как мокрая кошка. Стоило ей бросить один взгляд на зеркало в приемной, как она снова расплакалась.

— Эй, — воскликнул Малькольм, поспешно вскочив на ноги, — да ты чудесно выглядишь!

— Вот уж нет! — гневно запротестовала Марго. — Я выгляжу… я выгляжу ужасно!

В зеркале отражалась перекошенная, бледная физиономия, как у сиротки, избитой и брошенной умирать в какой-нибудь сточной канаве. Она бы скорее умерла, чем выдала ужасную тайну: что краска для волос была нанесена ватным тампоном на каждый клочок ее кожи.

— Послушай, не шуми. Давай где-нибудь позавтракаем, переоденемся в приготовленные для нас костюмы и возьмем наш багаж.

Даже эта перспектива не могла развеять мрачное настроение Марго. Вот еще одна маленькая тонкость, которую она упустила из виду, когда решила стать разведчицей прошлого. Чтобы получить то, что ей хочется, ей придется пожертвовать своей красотой.

Этот удар после всех тех битв, которые ей приходилось вести на протяжении почти семнадцати несчастных лет, когда ее заставляли чувствовать себя глупой, нежеланной, нелюбимой, обузой для всех своих близких, — это было едва ли не свыше того, что Марго могла вынести.

Ее подбородок дрожал, несмотря на все старания не показать, как она расстроена, но он все равно был задран вверх. Она сделает это. Чего бы ей это ни стоило, какие бы еще преграды ни воздвиг на ее пути Кит Карсон, она станет разведчицей или умрет, пытаясь это сделать.

И ничто не сможет ее удержать.

«Вокзал Виктория» еще не успели привести в порядок после разрушений, причиненных открытием неустойчивых Врат, но большая часть обломков уже была убрана, и начались восстановительные работы. Марго, у которой даже ладони вспотели от волнения, крепко вцепилась в ручку своего коврового саквояжа. Малькольм снисходительно улыбнулся ей, и от этой улыбки у нее вдруг защемило в груди.