Разведчики времени

— В Лондоне полно лошадей, — зашептал в ответ Малькольм. — Каждый день на лондонские мостовые падают сотни тонн навоза.

— Ежедневно, — подтвердил Малькольм. — А от туманов иногда умирает за один день несколько сотен человек. Если случится так, что тебе станет трудно дышать, ты должна будешь немедленно сказать мне об этом, и мы на поезде отправимся за город, выждем там, пока воздух хоть немного очистится.

— Дышать-то я могу, — зашептала Марго, — просто это не слишком приятно. Мы едем в отель?

— На самом деле нет.

Мы остановимся на ночь в меблированных комнатах у вокзала Виктория, а утром снимем квартиру. Это позволит нам приходить и уходить, не привлекая к себе излишнего внимания. А вот наш Джон останется в этой квартире и после нашего отбытия.

— Мистер Карсон был страшно щедр, мистер Мур, — отозвался из темноты Джон. Марго захихикала:

— Ты так забавно разговариваешь.

— Он разговаривает в точности так, как ему подобает, — жестко заметил Малькольм. — О вас, мисс, этого не скажешь. Воспитанницы благотворительных школ скромны, серьезны и молчаливы, они не хихикают и не вытворяют фокусов, напрашиваясь на грубые замечания.

— Ну, прошу меня извинить, — промямлила Марго.

— Определенно я этого не сделаю. Учите вашу роль, юная леди. Это приказ.

Марго вздохнула. Еще один самоуверенный, тиранический мужик… Ей почти захотелось сменить свою школьную форму на рваные лохмотья сельского фермера или даже на еще более ветхое рубище бродяги. Переодетая мальчиком, она не должна будет так занудно заботиться о соблюдении всех этих стеснительных правил приличия.

До нее начало понемногу доходить, что имел в виду Кит, когда настойчиво уверял, что женщинам, если они попытаются разведывать прошлое, придется в традиционном обществе несладко.

Звуки воды, плещущейся о камень, и изменение тембра уже привычного перестука лошадиных копыт подсказали Марго, что они находятся совсем рядом с рекой. Временами сквозь зловещий желтый туман доносились жалобные вопли пароходных свистков, подобные отдаленным крикам издыхающих псов.

— Где мы? Мне ничего не видно.

— Проезжаем через Ламбетский мост. Сквозь редкие просветы во мгле проглядывала вдали темная стена.

— Милбэнкский исправительный дом. И Нью-Брайдуэлл тоже отсюда неподалеку.

— Весьма знаменитая тюрьма, моя дорогая. Вы, право, то и дело задаете чрезвычайно шокирующие вопросы.

Туман снова сомкнулся вокруг них, как только они проехали открытый мост, обдуваемый слабым ветерком.