Разведчики времени

— Видишь ли, на здешнем рынке рабов хорошенькие мальчики для постели ценятся вдвое дороже, чем девочки.

Ее глаза округлились от страха, рот приоткрылся.

— Здесь тебе не Миннесота. И даже не Лондон. Мораль здесь совершенно иная, чем в Верхнем Времени. Даже отдаленного сходства нет. И так же с местными законами. Так что перестань ходить, как будто ты смертельно боишься испачкать одежду. Ведь ты — богатый молодой иностранец, сын торгового магната в одной из богатейших купеческих стран, когда-либо появлявшихся в пустыне.

Она наконец закрыла рот.

— Хорошо, Малькольм.

— Присматривайся к богатым римлянам на улицах, изучай язык телодвижений. Здесь ведь и он совсем иной, чем у нас. Это относится даже к самым обычным жестам вроде кивка или покачивания головой. Здесь, если хочешь сказать «да», просто откинь голову назад. — Он показал, как это делается. — Если же ты начнешь трясти головой из стороны в сторону, римлянин забеспокоится, не болят ли у тебя уши.

— А что будет, если я перепутаю?

— Разумный вопрос. Римляне весьма высокомерны и уверены в своем культурном превосходстве. Если ты совершишь какую-либо незначительную ошибку, они отнесут это на счет твоей провинциальности, и потом уже никакие твои проявления ума, манер и культуры в расчет приниматься не будут.

— Так они что, хуже викторианцев?

— Намного хуже, — сухо ответил Малькольм.

— Ну, думаю, это уж слишком. Разве можно так говорить о людях, которые изобрели… ну, в общем, много замечательных вещей.

— Марго, тебе обязательно надо учиться.

— Я знаю. Я и учусь. И я буду учиться еще лучше, когда мы вернемся. По крайней мере уже сейчас я могу тебе сказать все, что Фрэнсис Марион когда-либо сделал, сказал или подумал!

Это для нее все еще больной вопрос. Он уже остро жалел, что она сцепилась с Китом по этому поводу. Вся Ла-ла-ландия гудела сплетнями и слухами, когда Марго вышла из «Радости эпикурейца» и в слезах устремилась в библиотеку. А Кит в результате так расстроился, что какой-то выходец из Нижнего Времени, вооруженный крокетным молотком, чуть не одолел его в рукопашной.

Это была главная причина, по которой Малькольм отправился сюда: убедить ее практически, сколь важны теоретические знания. А Малькольм относился к своему делу добросовестно.

Тут ему пришло в голову, что если уж Гиларии и Большие Игры не убедят Марго в необходимости учиться, то тогда уже ей, наверное, ничто больше не поможет.