Разведчики времени

А может, она делает глупость, изо всех сил торопясь выучиться только для того, чтобы показать ему, что он не прав?

— Я должна! Я обязательно должна сделать это! Голос отца, злой и неразборчивый, хлестнул ее из прошлого.

— И ты будешь такой же, как она! Грязной вонючей шлюхой…

«Моя мама не была шлюхой!»

Все эти годы Марго мечтала выкрикнуть это ему в лицо. То, что она этого не сделала, возможно, спасло ей жизнь. Но это не меняло факта. Все остальные тоже так говорили: и полицейские, и репортеры. Даже приемные родители, которые забрали ее из больницы и взяли жить к себе в другой город.

Даже судья, который в конце концов засадил отца в тюрьму. И Марго, стремясь полностью изменить свою жизнь, скрывая внутреннюю боль, надела для внешнего мира маску абсолютно невозмутимого человека.

Прислонившись к прохладной каменной стене, Марго снова и снова думала о том, что привело ее маму на панель. С тех пор как девушка покинула Миннесоту, пару раз голод и отчаяние доводили и ее до такого состояния, когда, кажется, было абсолютно все равно, каким способом раздобыть хоть немного денег.

А насколько хуже было ее маме, с маленьким ребенком на руках, стоявшей перед необходимостью платить за дом, за еду, за медицинскую помощь…

А тут еще пьяница-муж, пропивающий все деньги, которые только попадали в его руки, — включая и те, которые ему удавалось выбить из жены…

И потому Марго должна была сейчас победить. Не только из-за того, что нужно было доказать отцу, что она может… «Ты будешь гордиться мною, мама.

А ему я отплачу за все, что он нам сделал. Я его ненавижу! Я рада, что он умирает, поделом ему…»

Только бы не умер раньше времени. Самое страшное и единственное, чем Марго могла отомстить ему, — это доказать на деле, что она не то ничтожество, каким он ее постоянно называл. Ей надо было совершить что-то такое, чего не удавалось еще ни одной женщине в мире.

И для этого у нее оставалось всего около трех месяцев. Три месяца, чтобы убедить Кита, что она готова к самостоятельной разведке.

Чтобы войти в неисследованные Врата и вернуться оттуда с победой. Три месяца. Только сейчас она осознала, насколько нереальна эта задача. Да, это так же невозможно, как сказать Киту правду о его единственном ребенке.

А улыбка Малькольма Мура, маячащая где-то на краю сознания, вдруг представилась Марго не менее опасной для ее планов, чем неумолимо тикающие часы. От мужчин нельзя было ждать ничего, кроме неприятностей.