Разведчики времени

АПВО более или менее точно определяет географическое и временное положение относительно абсолютного гринвичского времени.

— Более или менее? — повторила Марго. — Она не вполне точна?

— Разведчики всегда добавляют погрешность по крайней мере в двадцать четыре часа в обе стороны, когда пользуются АПВО, просто на всякий случай. Часто мы предполагаем даже еще большую погрешность, потому что, как ни хороша система АПВО, она не является абсолютно точной. Она и не может быть такой. Наша жизнь зависит от того, насколько правильно мы сумеем сориентироваться.

Без этого прибора — и личного журнала — мы вообще не смогли бы работать. Даже туристские экскурсии стали бы невозможны, потому что туристические агентства нуждаются в разведчиках, чтобы прокладывать новые маршруты. Корпус АПВО обеспечивает этому прибору такую же защиту, что и корпус личного журнала.

Марго, насупив брови, смотрела на АПВО.

— Если проходить через Врата так опасно, то почему бы не закрепить АПВО на длинном шесте и не просунуть его туда и пусть он сделает свою работу? Тогда никто бы не рисковал внезапно испариться.

Кит покачал головой:

— Не так все просто. Во-первых, лишь в половине случаев при открытии Врат по другую сторону будет ночь. Если Врата откроются днем, то нельзя будет зафиксировать положение звезд, так что длинный шест окажется бесполезен. Или ночь может оказаться облачной — никаких звезд не увидишь. Наверное, можно было бы роботизировать весь этот прибор и послать его через Врата, чтобы получить правильные замеры геомагнитного поля и положения звезд, но это будет стоить кучу денег — каждый робот очень дорог, а ведь есть тысячи неисследованных Врат, и все время открываются новые.

При этом все равно что-то может пойти не так, и вернуть робот не удастся. Честно говоря, разведчики-люди дешевле, надежнее и обладают тем преимуществом, что могут собирать подробную информацию об обществе, на что никакой робот не способен. Это особенно важно, когда речь идет об исторических исследованиях или об открытии новых туристских маршрутов. Мы, — он похлопал себя по груди, — стоим так дешево, что нами всегда можно пожертвовать. Мы — независимые предприниматели, не состоящие на службе ни у кого. Никакая страховая компания в мире не возьмется нас обслуживать, даже лондонская компания Ллойда. Это еще одна оборотная сторона нашей профессии. Никакой медицинской страховки, никакого страхования жизни, никаких пенсий по инвалидности. Если ты берешься за эту работу, то весь риск лежит на тебе.