– Сумасшедший, – выдохнула Александра.
– Поклеп. Я здоров как конь. Как три коня и два пони. Психологических отклонений не выявлено, на МРТ головы тоже ходил, мозги на месте. Бабочки в животе скорее физиологичны и объясняются тем, что я влюблен и очень опасен. Разведен, влюблен, очень опасен и собираюсь жениться заново. Вот, пришли. Жените нас полностью!
Регистратор даже бровью не повела, а я вспомнил, что именно она женила тренера, Левку и Мотю, а значит, ко всему привыкшая и наученная не удивляться.
Я не слушал ее речь, что мы на лодке любви куда-то там плыли: у меня самого мозги поплыли оттого, что Саня снова со мной у алтаря. Красивая, манящая и такая родная. Моя.
Только эта женщина могла сделать так, чтобы я свернулся в бублик целиком, чтобы пошел на безумства ради нее. Чтобы хотел меняться для «нас», вернуть и сохранить нашу семью навсегда.
Я усвоил урок нашего первого развода и повторять старые ошибки не собирался. Я машинально ответил «да» за нас обоих, не вникая, у кого конкретно спрашивали согласия, не отводя взгляда от Сани.
– Объявляю вас мужем и женой! Можете обменяться кольцами! – радостно возвестила женщина с кандибобером на голове.
Твою ж… Я забыл про кольца, но довольный Мотя вложил мне что-то в ладонь. Этим «что-то» оказались фантики от конфет, из которых мой рукастый друг соорудил два кольца.
Я покосился на Мота, тот виновато пожал плечами – мол, чем богаты, я снял перчатку, а Саня с удовольствием надела сложенный фантик мне на палец.
– Лева вообще хотел чеку из гранаты дернуть вместо колец, – быстренько оправдался Мот перед тренером.
– Можете поцеловать невесту, – разрешила регистратор, покосившись на пацанов.
Саня повернулась ко мне, а у меня пол под ногами волнами пошел, аж повело в сторону. Она из-под ресниц смотрела, а я плыл к дальним берегам.
Выкинул руку, притянул ее к себе и со стоном поцеловал. По-взрослому. Так, как давно хотел.
Сжал сильнее по инерции, побоялся, что снова оттолкнет, но когда почувствовал на своем затылке ее горячие ладони, фляга окончательно улетела, со свистом.
Я целовал ее как одержимый пацан, которой впервые дорвался до любимой женщины. Вжимал в свое тело и мечтал только об одном – снять нахрен эту одежду и наконец стать единым целым.
После стольких лет уже навсегда.
– Молодые люди, может, потерпите до гостиницы, у нас тут загс, – робко кашлянула регистратор, приводя в себя.
