- Дура ты! Идиотка! Кто тебя за руль посадил?! Кто права дал вообще?!
- Не ваше дело, - сухо проговорила, отворачиваясь. - Спасибо вам за все, что вы для меня сделали...
- Неееет! Ты от меня не отделаешься! - взревел он.
- Что вам еще надо, ребенка же нет...
И вдруг она сморщилась и разрыдалась. Совсем по детски, в голос и с причитаниями. Мужчина сам не понял, как оказался рядом с ней и кинулся ее успокаивать, прижимая к себе.
- Нет, значит, будет! Врач сказал, все нормально. Тихо, не плачь... - и вдруг как взорвался: - Нах***, бл***! Узнаю, какая тварь сюда Милу притащила, всех зарою!
В этот момент он был страшен.
Кристина отодвинулась.
- Не надо, что ты... Паша...
Повернулась к нему, уткнулась носом в грудь и тихо заплакала. Сама. Он замер, боясь спугнуть.
- Я страшная, да? - спросила шепотом.
- Не страшная. Но синяки еще никогда бабу не украшали, - ответил осторожно.
- А она красивая. Намного меня красивее, да?
- Нет, не намного.
- Мммм, - промычала она, всхлипывая ему в грудь. - Она красивееее.
..
- Да замолчи ты! - притиснул ее крепче. - Какая разница, красивее или не красивее!? Мне никого другого не надо. Поняла?
И сам вдруг понял, что сказал. Так и есть. Потому что даже если представить, что у Кристины сиськи со временем станут до колена, а задница будет волочиться по асфальту, ему было по барабану. Он все равно будет хотеть только ее.
Вот так? Сказал - и сам поверил. Это что, любовь, да?
А Кристина, похоже оклемалась. Как-то сразу подкинулась и ойкнула, запричитала, а глаза квадратные.
- Паша! Быстро беги Игорю скажи, чтобы не вздумал маме говорить, что я в больнице! Умоляю, Паша!!! Маме нельзя об этом знать!
- Хорошо! Успокойся, сейчас скажу, - он нехотя разжал руки и встал.
- Ой, и про машину тоже!
- Хорошо.
- И Паша... - остановила она его уже в дверях.
- Что?
Она устроилась поудобнее в своей больничной койке и стрельнула в него глазами:
- Ты обещал не трогать, пока сама не захочу.
Белый слегка оторопел. А потом тряхнул головой, закатывая глаза.
Вот дура безбашенная.
Оторвал же на свою голову...
- Посмотрим, - строго глянул на нее и вышел.
глава 58
В дверях появился осунувшийся и бледный, но все же, относительно спокойный и теперь уже адекватный мужчина. А еще полчаса назад Белый был просто страшен. Злой, дерганый, мрачный, какой-то отчаянный. Сейчас он уже походил на человека, с которым можно разговаривать.
Игорь, Алена и Влас Подгорский тут же замолчали и уставились на Пашу Белого во все глаза.
