По личику раскрасневшемуся. Просто не успела, этот старый козел все испортил.
Я едва успел ей в руки коробочку с кольцом впихнуть. Но если бы не хотела, уже давно бы вернула. Через того же Мехмета бы передала. А она согласна, согласна, я уверен. И мне теперь плевать на то, что там себе надумал напыщенный индюк Дениз.
Сажусь за стол, откидываюсь на спинку и переплетаю руки на груди.
— Я весь внимание, Эмир-бей.
Откуда-то знаю, что его это бесит. Я в принципе его бешу, всем своим видом. Или даже фактом своего существования.
— Как я уже сказал, у меня к вам предложение, Дамир-бей, — разворачивается ко мне Дениз, как только со стуком закрывается дверь. — Я заберу свое заявление, если вы откажетесь от дальнейшего общения с Ясемин и вообще уедете из Стамбула. А лучше всего покинете Турцию. Я куплю вашу фабрику по цене, вдвое больше той, которую вы за нее заплатили. Но только при условии, что вы больше никогда не появитесь в поле зрения Ясемин.
Нахмуриваю лоб. Пусть думает, что я размышляю и взвешиваю.
А я лишь призываю на помощь все свое самообладание, чтобы не заехать ему ногой в челюсть.
— Видите ли, Эмир-бей, — поглаживаю себя по небритому подбородку, но тот не дает сказать, перебивает.
— Вы можете не давать сейчас ответ. Подумайте, взвесьте. А мои юристы пока составят необходимые бумаги.
— Что вы, не трудитесь, господин Дениз, — начинаю приторным тоном и перехожу на сухой и резкий. — И ваших юристов не загружайте лишней работой, потому что я отказываюсь.
Напускная учтивость слетает в моменте.
Теперь передо мной не благообразный пожилой джентльмен, а разъяренный старый хищник. Он упирается руками в стол и каркает мне прямо в лицо:
— Тогда ты сгниешь в этой тюрьме, проклятый упрямец. И ни один адвокат тебя не спасет. Здесь я диктую условия, в этой стране ты никто!
— Ну и плевать, — отвечаю, не меняя позы, — и в тюрьме люди живут. Зато я моложе, и Ясмина меня любит. А ты, старый козел, можешь на нее только слюни пускать. Я с удовольствием начистил бы тебе физиономию несмотря на почтенный возраст.
На него мне тоже плевать. Но не хочу накидывать себе срок. Так что свободен, Эмир Дениз. Прошу на выход.
Эмир в ярости бросается на меня, но сразу же в комнату вбегают тюремщики.
— Господин Дениз, господин Дениз, — в страхе бормочут они, оттягивая разъяренного Дениза, — пожалуйста, успокойтесь, у нас будут проблемы.
— Конечно будут, — поддакиваю в тон, — наше консульство в Стамбуле пока еще никто не закрывал.
